Armenian Knowledge Base  

Go Back   Armenian Knowledge Base > Entertainment > Literary nook
Register

Reply
 
LinkBack Thread Tools
Old 30.06.2011, 20:04   #16
Младенец
 
Tomcat's Avatar
 
Join Date: 06 2011
Location: Россия
Posts: 7
Downloads: 0
Uploads: 0
Reputation: 0 | 0
Default

Осталось сказать автору: "Ждем продолжения"
Любое сочинительство имеет право быть. И даже такое как ваше тоже наверное найдет своего читателя.
Несмотря на скуку.
Reply With Quote
Old 01.07.2011, 10:47   #17
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Она смущенно, с видом пристыженной старшеклассницы, медленно вышла за дверь, когда Давид, с криком «что – нормально?», бросился ее догонять. В коридоре он схватил ее одной рукой за талию и крепко прижал к себе, другой рукой вцепившись в нижнюю часть ее лица, чтобы она не могла отвернуться:

- Что «нормально»? Ты слышишь, что я говорю? Я только что приехал, я был у ребят, мы играли в карты! Она была здесь без меня. У нее это с детства, это старая история, но у нас никогда, никогда ничего не было!

Агнесса, хоть и смотрела в его глаза – пристально и спокойно – но, кажется, ничего не понимала и не желала слушать. Ей было совершенно не до того, что говорил Давид. Ей был лишь нужен его темперамент, его сильная рука, его горячее и крепкое тело. Ей лишь теперь стало до боли очевидно, что все ее предыдущие отношения приучили ее к совершенно иному «почерку» телесного контакта, нежели тот, который ей довелось испытать сегодня. Ее, если угодно, в эту минуту даже возбуждала мысль о том, что у Давида может быть другая женщина, пусть это даже будет безликая, – как она о ней думала, – Арминэ!

- Давид, отпусти меня, неудобно! - сказала она вполголоса, - Я все понимаю, но я лучше пойду.

Обескураженный безразличным тоном и странной реакцией своей возлюбленной, Давид слегка ослабил хватку, но этого было недостаточно, чтобы Агнесса могла высвободиться.

- Ты ведь пришла остаться? - и, не дожидаясь ответа, он стал страстно и жарко целовать ее, напрочь стирая с ее лица поцелуи, оставленные Принцем.

Агнесса , отвечая на ласки Давида, вспомнила, как всю дорогу притягивала к носу свою верхнюю губу, ловя на ней запах поцелуев Стэна. Арминэ же, неуклонно придерживаясь избранной линии поведения, вовсе не спешила одеваться. Уверенная в том, что Агнесса сейчас оттопырит Давида, и тот, разумеется, вернется в свою квартиру и спокойно позволит себя соблазнить, она сидела, полуобнаженная, прямо напротив распахнутой двери и нетерпеливо теребила диванную подушку. Когда же, через четверть часа, она выглянула в коридор, там уже не было никого, и царила звенящая полночная тишина.

Агнесса тем временем сидела в своей машине, рядом с Давидом, и он рассказывал ей истории из своей ереванской жизни двадцатилетней давности, пытаясь дать ей более объективное представление о ситуации с Арминэ. Более того, он даже рассказал ей о записке, написанной Арминэ, и о своем ответе на нее.

- Странный ты человек, - вяло, будто совсем не впечатлившись, прореагировала Агнесса, - она же просила тебя не рассказывать никому...

- А я никому и не рассказал. А ты – ты имеешь право это знать, потому ты – мое второе «я».

- Ты серьезно?

Давид смущенно промолчал, будто слова о втором «я» вырвались против его воли, и затем спросил:

- Ну что, остаешься у меня – или поедем к тебе?

- Это Арминэ отъехала?

- Да, это ее машина.

- Ну, иди тогда домой, увидимся завтра. Ты, наверное, устал сегодня.

- Ты ведь хотела быть со мной сегодня ночью...

- Да, хотела, но ты же видишь, как получилось. Извини, мне нужно домой.

- Все в порядке?

- Да, да, конечно, - она ласково поцеловала Давида и включила зажигание.

Поскольку Агнесса сообщила подругам, что не будет ночевать дома, они решили остаться у нее на ночь, чтобы дети не были одни. Поэтому, вернувшись домой, Агнесса была ужасно рада обнаружить, что ей можно будет безотлагательно выплеснуть накопившиеся эмоции.

- Аня, у вас есть дома что-нибудь эдакое?

- Да, у нас есть текила, сейчас сбегаю, - только ничего без меня не рассказывай!

- Я как раз переоденусь, - и Агнесса прошла в свою спальню.

Когда девушки, обе в пижамах, уселись на диван в холле, а Агнесса расположилась в кресле напротив, Лена ерзая от нетерпения, простонала:

- Так что же там у вас произошло? Говори скорее! Как все было?

- Не знаю даже, было ли это слишком хорошо или слишком плохо, потому что со мной такое случилось впервые. Там было практически все и почти ничего. Он до самого конца оставался в своих штанах, зато через минуту после его прихода на мне уже не оставалось ничего. Он всю меня исследовал-переииследовал, залез куда только можно и нельзя, исцеловал и изласкал всеми возможными способами, и только когда нам пора было уже собираться – изволил снять свои штаны.

- А ты-то что? – воскликнула Лена, - Почему сама не проявила инициативу с самого начала? Почему оставила его в штанах?

- Ну, я проявила инициативу, заставив его избавиться от верха, а дальше он просто не оставил мне шанса на что-либо. Он все время что-то делал, причем так сосредоточенно и деловито, что я не посмела его прервать.

Девушки переглянулись, хихикнули, и Аня предположила:

- А может быть, он того... импотент?

- Ах, вряд ли. Ведь под конец он все-таки отважился...

- Он принес презервативы?

- Нет...

- Неужели ты пошла на это?

- Я ему все время говорила, что не позволю...

- Ну, все ясно. Он ведь американец, - резюмировала Аня, - и ничего бы не сделал без твоего позволения. Признайся, что ты сама настояла на сексе!

- Да что вы называете сексом? Да у него же там... – Агнесса махнула рукой, - Я не поняла ничегошеньки из того, что он сделал. Все было так нежно, так коротко и так непривычно, что я буквально не могу вспомнить ничего из того, что он сделал в смысле вашего пресловутого «секса». Но секс определенно был, во всяком случае, с его стороны, потому что «результат» я могла почувствовать... Весьма обильный результат.

Переглянувшись, девушки рассмеялись.

- Несс, я обожаю тебя! – Лена послала Агнесса воздушный поцелуй.

- Так что же, - усмехается Аня, - получается, что наш Принц провалил сексуальный экзамен?

- В том-то и дело, что я не уверена. Ведь несколько часов до этого он был просто великолепен. Девочки, наверное, так занимаются любовью в раю. Я пару раз была на вершине счастья, в то время как он все еще оставался в штанах. Возможно, у него происходит такая своеобразная компенсация – божественными ласками – за несостоятельный секс, - я не знаю. Нужна еще одна встреча, потому что здесь, возможно, действительно сыграла роль его неуверенность и нерешительность из-за моих воплей о презервативах. Но когда все закончилось, он еще с полчаса лежал как мертвый, будто у него ушли все силы. Он разговаривал со мной, не открывая глаз, и лишь когда я напомнила ему о времени, он выругался, заставил себя встать и принять душ. – Агнесса просияла, - Bы не представляете, как он выглядит мокрым. Это же просто мальчик-звезда!

- Несс, - Лена в нерешительности посмотрела на Аню, будто желая заручиться ее согласием начать этот разговор, - мы сегодня весь вечер говорили о вас, и особенно о том, как и почему ты на него запала.

- Если вы найдете первопричину того, что мне самой до сих пор не ясно, то я буду не седьмом небе от счастья, потому что мне самой хотелось бы узнать, к чертям собачьим, почему я так на него запала!

- Ну вот... – Лена уселась поудобнее, - нет, он реально и красавчик, и умничка, и лапочка и все такое, это не вопрос. Но ты ведь не будешь отрицать, что он нравится тебе гораздо сильнее, чем ты ему. В том плане, что он, конечно, тоже запал на тебя, но ему намного легче дается это, чем тебе.

- Да, - подхватила Аня свою любимую «волну», - он и пишет тебе меньше, и инициативы не проявляет, и наверняка не мучается вопросами как да почему ты ему нравишься. Есть ты у него – ему и здорово, но он бы неплохо прожил и без тебя, если бы ты его бросила.

- Ань, нет, дело не в этом, - возражает Лена, - просто это и есть вся сила проявления чувств, на которую он способен по своей природе. Такая у него «психология». Речь о другом, речь о Несси, и о ее феноменальной влюбленности.

- Ну так что вы там обнаружили? Есть гипотезы?

- Несс, не поверишь, но все проще пареной репы. Просто он внешне дико похож на существо, которое ты любишь больше всех на свете, - рассмеялась Лена.

- Ну? – улыбается Аня, - догадываешься, о ком речь?

- Девочки, не томите, - я вся убиенная сегодня!

- Эти глазки, этот ротик, этот тяжелый носик, эти щечки, эти брови, этот любопытный взгляд, эта ослепительная улыбка! – верещала Лена, едва сдерживая восторг умиления.

- Твоя Лялька! – воскликнула Аня, - Одно лицо! Только у нее волосы длинные соответственно.

- Я всегда, сколько мы знакомы, не переставала думать, в кого она такая уродилась! Вроде ни ты, Несс, ни твой бывший муж, - ну никакими из ее черт не обладаете!

- Ну, генетика такая вещь, - констатировала Аня, - ребенок может пойти в любого предка, хоть до десятого колена. Тут уже и не разберешь.

- Несс, теперь ты знаешь, как справиться с этим своим «недугом», потому что ты как минимум уже знаешь его корни! – весело щебечет Лена, -И даже не пытайся отрицать, что Принц и твоя Лялька – на одно лицо!

- И самое главное, что ты явно как-то особо ласково и трогательно любишь Ляльку – в сравнении со старшими! – напирает Аня.

- И Принца ты с самого начала называла малышом, он тебя растрогал именно таким «амплуа», как ты выражаешься.

Пока девушки наперебой приводили свои доводы, Агнесса с еле заметной улыбкой на лице переводила взгляд с одной на другую и ее лицо с каждой секундой приобретало выражение веселого протеста.

- Девчонки я хоть и против этой версии, но ее определенно можно разработать и извлечь заметную пользу!

- Как ты добралась домой, котенок?

- Нормально, малыш мой!

- Должен сказать тебе, я замечательно провел с тобой время вчера в этой гостинице.

- Вот как? Ты считаешь, что все прошло замечательно?

- Конечно, все прошло замечательно. Что ты хочешь сказать?

- Я хочу сказать, что мне срочно нужно увидеться с тобой снова, чтобы заняться, наконец, сексом!

- Какого черта... О чем ты говоришь? Разве у нас этого не было? Да я почти уверен, что ты ушла оттуда уже не одна, а с моим ребенком!

- Не обольщайся, дорогой, у меня стоит спираль.

- Что это еще за хреновина?

- Это как раз для того, чтобы не покидать отели с твоими детьми.

- Проклятье! Это форменное мошенничество! Ты задела меня в лучших чувствах! Почему ты мне об этом не сказала? Я бы извлек из тебя эту штуку прежде чем допустить такие растраты!

- Неужели ты не почувствовал во мне ее усиков, когда тщетно пытался нащупать мою точку джи?

- Тщетно – черта с два! Я нажал на нее несколько раз, а ты ничего не помнишь, потому что падала в обморок раз или два от экстаза! Но ничего, в следующий раз я вырву из тебя эту хреновину!

- И у нас, наконец-то, состоится секс?

- Не понимаю, о чем ты? Чего там недоставало?

- Ты хоть помнишь, сколько он продлился?

- Достаточно, чтобы твой принц получил удовольствие. И для тебя это должно быть оптимальным временем!

- Вот как! Спасибо, теперь я,наконец, на старости лет буду знать, что сорок секунд – это мое оптимальное время!

- Ха-ха-ха! Это было сорок секунд?

- Скорее даже двадцать, потому что другие двадцать ты уже просто бился в экстатических конвульсиях, после чего просто умер на полчаса.

- Ну вот что, - если и дальше будешь послушным котенком, то я продлю твое оптимальное время до семидесяти секунд.

- Ха-ха-ха, ты действительно непрошибаем, парень! Откуда у тебя такой панцирь?

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 04.07.2011, 11:20   #18
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Переживая вчерашнюю неудачу с Давидом, Арминэ все же нашла в себе достаточно извращенной женской мудрости, чтобы увидеть в создавшейся ситуации и положительные стороны. Давид явно податлив на приставания, а она в свою очередь, уже наловчилась приставать. Это, оказывается, до безобразия просто. В ней, оказывается, это сидело то ли в силу ее личной, то ли общей женской природы, и лишь патриархальное воспитание и среда, в которой она росла и формировалась, сковали ее природные качества настолько, что ей понадобилось дожить до тридцати лет и переехать в другую страну, чтобы открыть и пробудить их в себе. Чтобы взять ситуацию с Давидом в свои руки, нужна лишь определенная способствующая обстановка, соответствующие условия, грамотно выбранные время и место. И даже то обстоятельство, что Давид накануне не вернулся в свою квартиру, а куда-то исчез с Агнессой, не обескуражило девушку. В душу Агнессы так или иначе заброшено зерно сомнения. И только от грамотных действий Арминэ – и немного от Его Величества Случая - зависит, как оно прорастет. Не появись вчера Агнесса у Давида (черт ее принес!) – сейчас все бы было иначе! Размышляя таким образом, Арминэ лениво просматривала электронную почту, зная, что у нее есть как минимум полчаса свободного времени, ибо ее клиент не явился на консультацию к назначенному часу. Она хотела было вновь войти в папку, где содержалась ее скудная переписка с Давидом – «не чета принцевой с котенком!» - подумалось ей в эту минуту, - когда увидела, как папка входящих «пожирнела» от нового сообщения. «Я не говорил тебе все это время, хотел сделать сюрприз. Я выиграл грин-карту, и уже три недели как в Лос-Анджелесе. Сегодня, наконец, взял машину и собираюсь в Солану. Встретимся?»

- Ашот... – невольно вырвалось у Арминэ, и она, повернув голову в сторону сотрудниц, вынуждена была объяснить свое неожиданное восклицание: - представляете, мой сокурсник выиграл грин-карту, и уже в Америке!

По дикому стечению обстоятельств, - а может быть, вполне даже предвиденно, - Ашот, самый верный из всех поклонников Арминэ, посвящавший ей стихи, забрасывавший ее нежными электронными посланиями, которые она удаляла, читая лишь по диагонали – выиграл иммиграционную визу и в числе других пятидесяти тысяч «счастливчиков» со всего света оказался в Америке! Точнее, - в штате Калифорния, - в паре часов езды от города, где жила Арминэ.

В эти же минуты, общаясь с Принцем по электронной почте, Агнесса получает послание из Москвы, от своего старшего брата, который несколько месяцев назад собственно и поручил ей начать поиски в Америке следов их немецких родственников, приведшие ее на связь с Принцем.

- Несс, если ты все еще не смогла выйти на связь с Робертом, который живет в Нью-Йорке, то мне сейчас стало известно, что он не единственный отпрыск в этой семье, и что в Калифорнии у него есть родной брат, Стэнли. Пробей контакты по этому имени с той же фамилией. Если найдешь – будет как нельзя более прикольно, потому что, как я уже говорил, они нам приходятся троюродными братьями. Мы биологически – правнуки одного и того же немца. Если найдешь, узнай у них об отце, - он должен быть еще жив-здоров, да и про деда и прадеда может что-то знать.

Схватившись рукой за отвисшую челюсть, Агнесса долго впивалась в монитор широко раскрытыми глазами, раз за разом перечитывая послание брата. Она не могла поверить в столь дикое совпадение. «Погоди, погоди, - уговаривала она себя, - мало ли в Бразилии педров? Мало ли в Калифорнии Стэнов с такой нехитрой немецкой фамилией? Да в одном только Твиттере ты их нашла несколько десятков! Спокойно, Нэсс, без паники!»...

- Они нам приходятся троюродными братьями. Мы биологически – правнуки одного и того же немца. – Агнесса перечитывала послание брата снова и снова, и ей раз за разом становилось все более очевидно, что именно в этом и будет ее спасение! Здесь и есть всему объяснение! Никакая это не любовь и не страсть! То, что не поддавалось никакому логическому объяснению и не укладывалось ни в какие из известных ей клише, - обрело теперь реальные очертания! Это просто подсознательная тяга, зов крови, не случайное, а вполне теперь объяснимое сходство с Лялькой и все прочие «прелести» этой ее замечательной, красивой и яркой жизни!

- Послушай, кролик, я сейчас задам тебе неожиданный вопрос, - можно?...

- Почему «кролик»? Ты видишь меня милым и пушистым?

- И это тоже...

- Но что же еще?

- Да ты хоть знаешь, со своей аллергией на животных, - сколько у кроликов бывает детенышей и сколько длится по времени их секс?

- Ах, вот ты о чем! Ты лучше будь начеку, чтобы я не вырвал из тебя твой имплантант и не одарил тебя детенышем!

- Да послушай же, что я хочу тебя спросить! Скажи, ты единственный детеныш у своих родителей?

- У меня есть младшая сестра и старший брат.

- Слушай, а хочешь, я угадаю, как зовут твоего брата?

- Ну, судя по твоей логике, должно быть что-то вроде «Заяц», но на самом деле его имя Роберт. Он двадцать пять лет назад уехал в Нью-Йорк, учиться на художника, и там и остался.

- А ты знаешь имя своего прадеда по отцу?

- В чем дело, котенок? Я никогда его не видел, он умер в Германии, - а мой дед приехал сюда почти сто лет назад! Что ты хочешь узнать?

- Я просто хочу сообщить тебе, что твоего прадеда, который умер в Германии, возможно, звали Максом.

- Ну, возможно. Я не знаю. Зачем тебе это?

В эту минуту Агнессе показалось, что она на самом деле вовсе не желает, чтобы Принц узнал об их родстве, пусть и дальнем. Ей вдруг стало жаль вот так одной фразой погубить едва зародившуюся романтику.

- Так, просто, - вдруг стало интересно, говоришь ли ты по-немецки.

- Несколько отдельных слов, котенок. У нас в семье не говорили по-немецки. Не забывай, что женская линия у меня из Британии.

«Ну и что! Что с того! Подумаешь! Я уже целовалась с ним, я даже можно сказать переспала с ним, - Агнесса усмехнулась, - какая теперь разница, кем он мне приходится! Детей с ним заводить я не собираюсь, а если бы и захотела, - что с того? Куча родни, не имеющей никакого отношения к общему прадеду! Минимальная вероятность нежелательных совпадений... Ах, что за глупости! Стоит ли вообще об этом думать!»...

«Серый, ты не поверишь, но Стэнли я нашла, - написала Агнесса брату, - он живет в полутора часах езды от меня. И мы уже виделись. Все в порядке, это наверняка он, потому что его брата зовут Роберт, и он действительно живет в Нью-Йорке. Как только сможешь приехать в Америку – непременно познакомишься с новоявленными кузенами». Это было все, что Агнесса решила сообщить брату на данном этапе.

«Я должна сперва справиться с этим сама, я не могу резать по живому. Я постепенно привыкну к мысли, что мы одной крови. Тьфу, какая чушь! Ну какой еще крови! Седьмая вода на киселе! Не хочу! Не хочу его потерять!»...

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 06.07.2011, 12:23   #19
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Воизбежание неуместных замечаний и доводов, Агнгесса не стала посвящать своих подруг в факт своего родства с Принцем, пусть и далекого. Да и самого новоявленного троюродного братца она вовсе не спешила осчастливить новостью о том, что его немецкий прадед во время научной экспедиции на Кавказе накануне Первой мировой войны имел счастье соблазнить или скорее быть соблазненным знойной крестьянкой из армянской глубинки. Впрочем, подруги в последние дни были явно озадачены собственными переживаниями, причем, в обоих случаях – сердечного плана. Лена, у которой вот уже несколько месяцев была просрочена виза, в отчаянном нежелании возвращаться в Москву, завела отношения сразу с тремя американцами, - военным, студентом и дантистом, лихо лавируя между их звонками, встречами, которые они ей назначают, и визитами в гости на чай. Аня же вот уже несколько дней не перестает петь дифирамбы некоему брюнету, которого она обслуживала в ресторане, - когда тот пришел туда вместе с Арминэ.

- Несс, я не говорю, что он прямо писаный красавец, но в нем есть такая изюминка мужественности, надежности, ума, что я просто растаяла. Если он ее поклонник, то Арминке просто редкостно повезло, и если честно, я не считаю их подходящей парой. Слишком она бледноватая для него.

- Да, это ее сокурсник, который выиграл гринку, - проинформировала Агнесса, - и, говорят, он ее давний поклонник.

- Жаль. Тогда я в пролете получаюсь, - вздохнула Аня.

- Я вообще-то не думаю, что она с ним поведется, - подмигнула Агнесса, решив, однако, не распространяться о пожизненной влюбленности девушки в Давида.

- Что, серьезно? Ты что-то знаешь?

- Единственное, что я знаю, - это то, что ты можешь смело его окучивать, - смеется Агнесса.

- Ну что же, я поверю тебе на слово и начну это немедленно.

- Он, кстати, подал заявки на несколько мест здесь в Солане. Так что, возможно, если его возьмут на работу, он тут и останется.

- Ну, тогда, значит, сам Бог велел! – весело воскликнула Аня.

- А пока он не найдет себе квартиру, – поживет у Давида, - добавила Агнесса.

Довольная и вдохновленная этим диалогом, Аня вышла на работу, уже вынашивая несколько планов по наиболее верному окучиванию» Ашота. Арминэ же, хоть и пошла по его приглашению на ужин, вовсе не считала сие событие актом «ответа на чувство». Она скорее видела в этом обыкновенные «дружеские посиделки» со старым товарищем, тем более, что Ашот, весьма красноречивый и «романтически смелый» в виртуальном общении, вел себя довольно корректно и тактично при общении личном. Видимо, годы разлуки и расстояние создали определенного рода дистанцию между бывшими однокашниками. Это, конечно, вовсе не означало, что чувства Ашота сколько-нибудь ослабли, но для Арминэ, у которой они попросту «путались под ногами», временная ситуация с «почтительной дистанцией» между ней и Ашотом была как нельзя более уместна. Более того, извращенно-изобретательный, как оказалось, ум Арминэ подсказал ей уникальный способ отвлечь от себя внимание Ашота, дав ему почитать распечатку котенковых диалогов с Принцем. «Так ты сообразишь, как здесь люди общаются, какие слова используют, у тебя улучшится английский» - говорила она вслух, - в мыслях же она искренне надеялась, что Ашот наверняка увлечется чтением и «подсядет» на котенков тип женщины, к которому он по идее совершенно и категорически не должен относить Арминэ. Однако, по прошествии нескольких дней, когда Ашот ознакомился с документом, он в разговоре с Арминэ высказал весьма неожиданную для нее идею:

- Ты знаешь, мне очень понравилась эта девушка, которая там чатится. Парень непробиваемый идиот, а она ничего так. Жаль, что никогда такого типа женщину я не буду воспринимать всерьез.

- Жаль? Почему?

- Потому что для обладания такой женщиной нужно много воли и мужества. А кроме того, определенный склад мышления, который мне лично претит. Но это никак не отменяет факта универсальной привлекательности таких женщин. Знаешь, кого она мне напоминает?

- Кого?

- Подружку Давида, Агнессу, - она несколько раз приходила к нам. Вот ему она подходит. Вот он может ее контролировать и держать на привязи. Я бы не смог. И этот «котенок» - такая же. Кстати, она, оказывается, тоже в Солане живет?

- Да, как будто.

- А откуда у тебя этот документ?

- От Агнессы как раз пришел, по е-мейлу.

- Вот как? Очень интересно...

После этих слов Ашота они сменили тему разговора, но оба взяли на заметку определенные обстоятельства, связанные с Агнессой. Ашот был озадачен тем, что Агнесса за каким-то иксом прислала Арминэ документ, дико напоминающий ее переписку с любовником. Арминэ же не переставала ловить себя на том, что и ей теперь, после замечания Ашота, «котенок» кажется очень похожим на Агнессу. Факт же проживания котенка в Солане лишь подпитывал интерес обоих «анализаторов» ко всей этой истории.

Да, я многое обещал – то ли себе, то ли Господу, но Он свидетель, - у меня нет больше ни терпения, ни сил. У детей, кажется, просто неиссякаемый источник энергии где-то под хвостом, и чем больше они доводят меня до белого каления, тем обильнее этот источник. Я собственно не против этого. Дело скорее в Шэннон. Она, кажется, почувствовала мое намерение быть покладистым и настойчиво испытывает меня на это качество. Она все чаще оставляет меня с детьми, отправляясь на курсы для беременных, - словно не родила уже троих. На мое недоумение она мило улыбается и говорит, что ей нужно делиться своим обильным опытом с другими молодыми мамашами. Кроме того, я остаюсь с детьми тогда, когда Шэннон взбредает в голову пойти на шоппинг или на встречу с подружками. Она прекрасно знает, что в определенные дни я играю в баскетбол или смотрю с друзьями игры в спортбаре, но вот уже несколько раз она будто подгадала свои «срочные» дела так, чтобы я обломался с этими своими видами деятельности и был вынужден остаться дома с детьми. У меня почти не остается ни единой свободной минуты после работы или по выходным. Она звонит мне – а в последнее время, когда я перестал отвечать на ее звонки – пишет мне сообщения с требованием быть дома не позже семи, и называет кучу причин, которые в итоге оказываются надуманными. Я изо всех сил ищу – и нахожу! – положительные стороны во всей этой круговерти, и, кажется, внешне я выгляжу вполне пристойным и спокойным семьянином. Я правда, за эти дни приболел пару раз, - вначале желудочным гриппом, потом чем-то вроде простуды, когда было трудно дышать и дико болела голова. Котенок не преминула заявить мне, что это связано с моим образом жизни, который я подсознательно считаю навязанным мне и нежелательным для меня. Понимая, что она рассуждает со своей точки зрения и из своих желаний навязать мне мысль о бессмысленности проживания с Шэннон, я тем не менее стараюсь не думать о ее словах именно в силу того, что они мне кажутся слишком уж справедливыми, а сил и воли менять что-либо сейчас у меня пока нет. Слишком тяжело мне досталось это решение – воссоединиться с Шэннон и постараться сделать все возможное для комфорта моих детей, - и теперь я чувствую себя зомбированным, находясь дома. Котенок говорит, что я занимаюсь самообманом, и что дети не имеют никакого отношения к тому, с какой женщиной я желаю встречаться. Она пишет, что дети – это счастье, а вовсе не повод быть несчастным. Я, кажется, понимаю, что она имеет в виду, но стараюсь не думать об этом, и всегда перевожу разговор на другую тему.

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 08.07.2011, 12:51   #20
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Как ни странно, инстинктивный порыв Арминэ ознакомить Ашота с перепиской между принцем и котенком, - чтобы отвлечь от себя его навязчивое внимание, - мог показаться наивным и бессмысленным лишь на первый взгляд. Ашот был парнем любознательным, наблюдательным и рассудительным, и при всей своей давней и беззаветной влюбленности в Арминэ, он, тридцатидвухлетний мужчина, не мог не чувствовать и не сознавать градации женщин. Кроме того, воспитанный в патриархальных традициях, он четко отделял секс от супружеских обязанностей, семейную рутину от развлечений тела и духа, «матримониальную влюбленность» от романтической страсти.
Отношения Давида с Агнессой, которые ему пришлось наблюдать на фоне ознакомления с принцевой перепиской, вызывали у него двойственные чувства. Он знал, что у Давида в Ереване жена и дети, и что Давид по сути нарушает священные семейные устои. Однако, он нисколько не осуждал его, так как всеми фибрами души понимал каждый из порывов Давида, которые тот выказывал в присутствии Агнессы или даже пытался тщетно скрыть. Ашот невольно сравнивал Агнессу с «котенком» из переписки, и его возбуждала мысль о том что эта женщина тоже живет в Солане. Если же она так же очаровательна как Агнесса, то Ашот просто-напросто готов пойти на многое, чтобы с ней познакомиться. Разумеется - с целью ни к чему не обязывающего флирта, яркого приключения, запоминающегося события в жизни. А она несомненно очаровательна, ибо существуют определенные необъяснимые вибрации, которые исходят даже от набранного текста, от стиля общения, от самих тем для этого общения.

Есть определенного сорта уверенность, юмор и бесшабашность, свойственные только примирившимся со своей комплекцией толстушкам с милыми лицами или отчаянным дурнушкам с плохой или не плохой фигурой. Бывают скромные и тихие серые мышки, которые при определенных условиях могут – или не могут превратиться из гадкого утенка если не в белого лебедя, то как минимум в пестренькую уточку. Есть наглые и заносчивые яркие красавицы с холодным расчетом и завышенными требованиями к жизни. Есть восхитительные глупышки, которые, блистая красотой и отменным вкусом, не представляют полноценного интереса для человека, которому нужна не только постель, но и «игры разума». И есть при этом очаровательный романтизм, сексуальная раскрепощенность, «офигенная красота», блестящий ум, душевная щедрость и талантливо игривый юмор, которые сочетаются в том самом типе женщин, который Ашот называет «универсально привлекательными», а читая высказывания принца о котенке – полностью соглашается с ними.

- Я очень хочу увидеть тебя, Принц, но я не знаю, каков ты в реале. Имей в виду, что ты мне можешь и не понравиться, и тогда ничего между нами не будет.

- Ну уж нет. Если я тебе не понравлюсь, то тебе придется сделать над собой усилие и высмотреть во мне внутреннюю красоту.

- Ха-ха-ха, а не многого ли ты хочешь, мой Принц?

- А еще твой принц хотел бы всегда носить тебя в маленькой золотой клетке, чтобы ты всегда была при нем, и он мог играть с тобой в любое время, когда ему захочется.

- А котенок уже налюбовался своим мышонком, - теперь ему хочется немного с ним поиграть.

- Ха-ха, и как же ты будешь играть со мной?

- Я так понимаю, мой принц только что признал себя мышкой?

- Я больше обратил внимание на элемент игры, хотя аналогия мне показалась немного странной. Но я уверен, что твои представления об играх со мной несильно отличаются от моих.

- Ну, на данном этапе я могу играть с тобой лишь отвлекая тебя от работы своими посланиями, а ты со мной – угрожая мне суровой расправой за непослушание или воображая, как я приседаю перед тобой в реверансе.

- Ты права, я воображаю это довольно часто, хотя гораздо чаще – как мои руки блуждают по тебе.

- Воображая свои руки блуждающими по мне – где ты их имеешь на самом деле?

- Ха-ха-ха-ха, котенок!!! Конечно, на моей клавиатуре! Ну ты и язва!

- Значит, доступность клавиатуры – это одно из условий для того, чтобы ты мог вообразить свои руки на мне? Боже, какое несчастье...

- Знаешь, иногда из твоей манеры говорить я делаю вывод, что ты гораздо моложе, чем утверждаешь. Скажи своему принцу правду: сколько тебе лет?

- Сумасшедший, я старше тебя! Я гожусь тебе в бабки!

- Ха-ха-ха, если ты в том возрасте, какой себе приписываешь, то ты едва ли могла бы быть моей старшей сестрой.

- Короче, мне сорок лет, один месяц и четырнадцать дней, и я могу отсканить свои водительские права для тебя. Просто я не очень опытна по жизни и к тому же избалована. Но я, кажется, понимаю твой намек. Ты хочешь, чтобы у нас с тобой были братско-сестринские отношения?

- Ха-ха-ха-ха-ха, видала??! Вот об этом я и говорю! Ты так хороша собой и игрива! Совсем не характерно для женщин этого возраста. Если твой господин выяснит, что ты не всегда была до конца честна с ним, то я надеюсь, ты сознаешь все последствия? Мне пора идти, котенок, но будь уверена, твой Принц докопается до истины в этом вопросе. you're so good looking and playful though... not common in women that age... if your king finds out you're not completely truthful with him at all times, i'm sure you realize there will be consequences

Когда раздался звонок в квартиру Давида, Ашоту пришлось отложить увлекательное чтение и направиться к двери. Увидев на пороге длинноволосую красотку с ярким макияжем и в кожаной мини-юбке, Ашот слегка оторопел.

- Я к Давиду, - меня зовут Анной.

- Проходите, Анна, Давид скоро должен появиться, - расшаркался Ашот, хотя на самом деле Давид ожидался дома только поздно вечером, - впрочем, Аня и сама это знала.

- А это удобно? Я не помешала Вам?

- О чем разговор, как Вы можете помешать? Я как раз собирался ставить кофе. Или Вы хотите чаю?

- И мне кофе, если Вас не затруднит!

- Ну, я тогда на кухню, а Вы располагайтесь! – и Ашот указал девушке на кресло.

Аня, видимо, не обратила внимания на жест Ашота и, медленно и задумчиво, с хитрой улыбкой на лице пройдясь по холлу, уселась в итоге на диван, на котором несколько минут назад сидел Ашот. Бросив короткий взгляд на распахнутую журнальчиком распечатку, Аня хотела было отодвинуть ее, чтобы не помять, но что-то заставило ее пробежаться глазами по тексту, и она тихонько ахнула.

- А по какому делу Вы хотели видеть Давида, если не секрет? – выкрикнул Ашот из кухни.

- Не секрет, конечно! Он учит меня вождению. Я недавно купила машину... Правда, мне немного неудобно перед ним, - ведь он человек занятой, работает. Но, раз уж он так любезен, да и Агнесса не против, то почему бы мне не воспользоваться... – произнося эту тираду домашней заготовки, Аня не сводила глаз с распечатки, гадая, как она могла тут оказаться, - прямо в квартире Давида! Арминэ и никто больше! Распечатала ее и теперь раздает для чтения. Вот было бы «здорово», если бы оказалось, что и Давид почитывает это! Что же делать?! – Аня машинально захлопнула «журнальчик».

- Вы знаете, Вам просто несказанно повезло! - Ашот вернулся с подносом, на котором стояли чашки, дымящаяся турка и вазочка с шоколадом, - Я здесь недавно, - и пока совершенно не у дел. Ашот, - и молодой человек протянул руку, представившись.

- Очень приятно. Я, правда, не совсем понимаю, в чем мне повезло...

- Вы, видно, что-то напутали в своем календаре. - Ашот налил кофе в чашку и поставил ее перед Аней, - Дело в том, что Давида сегодня практически не будет дома. А повезло Вам в том, что у меня десятилетний водительский стаж, и уже имеются американские права. Понимаете, к чему я веду, если принять во внимание факт моей временной праздности?

- Кажется понимаю, - хитро улыбаясь и кокетливо покачивая торсом, Аня за спиной пропихивала распечатку в щель между кожаными подушками в спинке дивана.

Продолжение следует
(технический перерыв в теме на 8 дней) .
Reply With Quote
Old 18.07.2011, 01:15   #21
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Когда Арминэ, уже после рабочего дня, позвонила в дверь квартиры Давида – якобы под видом посещения сокурсника и друга, - дома никого не оказалось, и Арминэ решила позвонить Ашоту на мобильный. Ашот, который в это время был занят весьма веселым и приятным делом – учил Аню парковаться, - взглянув на телефон, решил не отвечать на этот звонок.

- Что-то важное? – спросила Аня, притворившись смущенной из-за того, что отвлекает Ашота от важных дел.

- Нет, не особо. Это дело может подождать. – Ашот улыбнулся и пристально посмотрел на Аню, поймав себя на том, что впервые в жизни звонок Арминэ был для него столь неуместен, нежелателен и безразличен. В эту же минуту он слегка удивился тому, как и по какой причине ему не захотелось, как при предыдущем звонке от Давида, - просто отойти в сторону, оставив Аню на пару минут, и ответить на звонок. Впрочем, Ашот решил, что сейчас не время для самоанализа, и продолжил объяснять Ане, как вести себя при виде школьного автобуса.

- Алло, Давид? – Арминэ, не застав никого в квартире Давида, сочла это достойным поводом, чтобы позвонить ему, - Я не могу найти Ашота, он не отвечает на звонки, ты не знаешь, где он?

- Он ответил мне минут двадцать назад. Скорее всего, сейчас у него музыка включена, и он не услышал твой звонок. – Давид от всей души надеялся, что Ашот преуспеет в своих ухаживаниях и избавит его, наконец, от навязчивой, бездумной и столь нежелательной страсти Арминэ, - попробуй перезвонить ему через несколько минут.

Однако, последовав совету Давида, Арминэ вновь напоролась на ненавистный автоответчик. Нет, ей не нужен был Ашот как таковой, - она лишь хотела сообщить ему, что в соседнем офисе требуется программист, и он мог бы претендовать на эту работу.

Вечером, ужиная с Давидом за низеньким журнальным столиком в холле у дивана, Ашот вдруг засуетился. До этого они говорили об Ане, и Давид, заинтересованный «пристроить» Арминэ, старался убедить Ашота в том, что Аня, хоть и красивая девушка и замечательный человек, но «не наша», и в дальнейшем могут возникнуть мелкие разногласия, способные перерасти в крупные и серьезные недоразумения. Ашот решил возразить Давиду: ведь Агнессу тоже трудно назвать «нашей» - она выросла вне Армении, да и образ мыслей ее и поведение далеки от «образцово-патриархального», и тем не менее, Давид с ней прекрасно и замечательно гармонирует. И Ашот непременно бы возразил, если бы в этот момент не вспомнил, что здесь, на этом месте лежала подшивка Арминэ, как раз с ярким и показательным участием женщины, так сильно напоминавшей ему ту самую Агнессу.

- Что ты ищешь? – спросил Давид.

- Здесь у меня была распечатка, - видимо, куда-то завалилась.

Аня же, коротко рассказав подругам о своем успешном и удивительно плодотворном в деле окучивания Ашота дне, «вытащила», наконец, главную карту:

- Несс, ты хоть знаешь, что я нашла у них там на журнальном столике? У тебя есть ключ! Тебе нужно срочно проникнуть к ним под покровом ночи и забрать оттуда это!

- Что «это»? – прищурилась Агнесса, не будучи уверена в степени серьезности этого разговора.

- Документ, который ты отправила Арминке – распечатанный, подшитый и затертый почти до дыр! – торжествующе произнесла Аня.

Агнесса и Лена ахнули в один голос, и подруги стали рассуждать о том, кто именно является читателем этого шедеврального документа. То, что производитель распечатки не кто иной Арминэ, - уже не оставляло у Агнессы сомнений хотя бы с учетом того, что та звонила ей с вопросами по поводу дальнейшей судьбы персонажей.

Ашот же вместе с Давидом стали героически перетряхивать все что только попадалось им под руки, и в итоге все-таки обнаружили распечатку за диванной подушкой. На вопрос Давида о происхождении этого журнальчика Ашот ответил коротко:

- Арминэ дала почитать, говорит, интересно.

- И что, действительно интересно?

Решив не пробуждать у Давида любопытства по поводу этого документа, Ашот пожал плечами и, немного смутившись, ответил:

- Иногда вкусы девушек не совпадают с нашими. Ей кажется интересным, а по мне – просто чтиво от нечего делать.

Давиду оказалось вполне достаточно этого объяснения, и он, хитро улыбнувшись и бросив взгляд на неубранный стол, заявил, что переночует сегодня у Агнессы. После его ухода Ашот стал листать подшивку, не переставая, однако, размышлять о том, что иначе кроме как усилием человеческой воли она не могла оказаться за этими подушками.

- Я так расстроен тем, что все это случилось именно теперь, когда я познакомился с тобой, котенок!

- Почему ты так драматизируешь? Вы были женаты, у вас было трое детей, но вы тем не менее развелись. Ты ведь не станешь снова наступать на те же грабли!

- Наступать на грабли? Не понимаю о чем ты, котенок. Это должно быть ваш армянский сленг?

Наткнувшись на эти слова, Ашот нахмурился и перечитал эту часть. Да, так и есть, «армянский сленг», - впервые за время их беседы упомянуто национальное происхождение котенка. Он уже читал эту часть, но тогда попросту не заметил этого замечания Принца, ибо тогда по первости у него не было ассоциаций с Агнессой, да и читал-то он тогда по диагонали.

Агнесса же, думая о том как вызволить распечатку из квартиры Давида, неизменно приходила к выводу о бессмысленности этого шага, поскольку документ всегда можно распечатать заново... если только он сохранен.

- Котенок, ты свободна на будущей неделе? Я хотел бы снова взять ту комнату в Реконкисте.

- Ты ведь знаешь, что вечерами я всегда свободна для тебя. Ты ведь все равно будешь там только после рабочего дня...

- Да, малышка, пока только так, но у меня намечается отпуск, и я могу смошенничать, сказав дома, что мне дали всего десять дней, в то время как мне дадут пятнадцать. И тогда мы сможем быть вместе каждый день с утра и до самого позднего вечера – так как я целых пять дней смогу выходить на встречу с тобой как на работу!

- Ах ты проказник! Кажется, общение со мной идет тебе на пользу!

- Да уж, ты та еще мошенница, и я учусь у тебя плохому!

- Главное что ты иногда задействуешь головной мозг, - это уже радует.

- Я думаю, тебя должно радовать все, что я делаю.

- Ну, положим, это не совсем так.

- Неужели ты снова начнешь сетовать на те сорок секунд?

- А почему бы мне на это не посетовать, это же было позорище и посмешище!

- Ха-ха-ха, - пока это между нами и в четырех стенах – нет ничего ни позорного, ни смешного, котенок!

- Но я всегда смотрю на вещи и со стороны.

- Но чего тебе не хватало? Ты получила исчерпывающее наслаждение в самом начале, я это почувствовал. Я был мягок и нежен с тобой как ни с кем и никогда!

- Но не только это было мне нужно! Ты мне ничего не дал сделать!

- Что ты имеешь в виду? Ты ведь вроде меня всего исцеловала!

- Не всего!

- Ха-ха-ха-ха, святые угодники! Да ты нимфоманьячка! Тебе нужно, чтобы сперма летала по комнате, или я ползал за тобой с полотенцем? Или тебе было нужно, чтобы я подвесил тебя на «качелях» и стал подключать к тебе разные машинки – дрррррррррррр-дррррррррррррр-дрррррррррррррррррррр!!!!!!!

- Что ты несешь, идиот? Ты кидаешься в крайности, а я говорю об обычном человеческом сексе! У меня никогда не было ничего с мужчиной кроме обычного человеческого секса!

- Ну хорошо, котенок, я шучу, - и потом, не забывай, что всегда есть следующий раз! Ты мне все объяснишь, все покажешь – я ведь не читаю мыслей!

- Боюсь что со временем тебе придется научиться читать мои мысли!

- Согласен, это справедливое требование. Но только со временем.

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 20.07.2011, 22:25   #22
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Несколько недель, прошедших после «эпической» встречи в Ла Реконкисте, Агнессе в общем и целом приходилось бороться не только со своим теперь уже перманентным желанием видеть Принца и быть с ним, но и с собственным отношением к Давиду. Как некстати пришлась вся эта история с Арминэ! И почему только ей вздумалось приставать к Давиду именно сейчас, когда Агнессе было так важно и так необходимо спокойствие в жизни и порядок в мыслях! Теперь же она совсем запуталась в своих ощущениях, желаниях и эмоциях! Проявляя внешне нейтральное отношение к присутствию Арминэ в жизни Давида, Агнесса тем не менее все чаще ловила себя на предательски неистребимом и щекочущем эмоциональной новизной чувстве ревности. Стоило ей представить себе Давида в объятиях Арминэ, как у нее возникало ощущение ухода земли из-под ног. Ей, разумеется, удавалось быстро и четко справляться с этим ощущением, - так как она все-таки не считала Арминэ сколько-нибудь достойной себе соперницей ни в едином компоненте. «Да, да, - то и дело повторяла она себе, - у нее нет ни моей эффектности, ни моего характера, ни моих талантов, ни моего ума, ни моей свободы в действиях». Какие у нее преимущества передо Агнессой? Знает Давида раньше? Ерунда! Его землячка, общающаяся родным и милым его уху ереванским говором? Это не помогало ей все эти годы! Девственница? В ее случае это скорее недостаток! Моложе? Агнесса выглядит ее младшей сестрой! Все эти «факторы», очень яркой и реальной картиной вставали перед ее глазами и в ее сознании, быстро и успешно справляясь с минутными ощущениями ревности и неустойчивости.

Впрочем, к великому огорчению Агнессы, физическая близость Давида не стала для нее желаннее и приятнее на фоне всех этих обстоятельств. Несмотря на всю привычность и предпочтительность для нее сексуального стиля Давида, Агнесса не могла не мечтать о новой встрече с Принцем, когда тот наверняка снова одарит ее нежными и «бесконечными» ласками, заставляя ее поверить в то, что секс как таковой – лишь малая и не самая значимая часть наслаждения в огромном мире любви, преклонения и обоюдности. Каждый раз при мысли о ласках Принца у нее неизменно вставала перед глазами картина: она лежит на чистом зеленом лугу, среди васильков и ромашек, и на нее – под райское пение птиц падает воздушно-легкое прозрачное покрывало – белое, с голубыми и розовыми разводами, и вопреки всем законам физики и логики, оно падает на нее бесконечно, так и не покрывая ее, но одаривая неземным блаженством. Интимная часть отношений с Давидом, - в сравнении с этой райской картиной, - представлялась Агнессе суетливой возней в глиняной луже, когда тебя со всех сторон обмазывают разноцветной жижей, растирая и массируя, жестко, методично, невзирая на твои пожелания, - и лишь потом отпускают в душ, - отмываться. Нет, это не насилие, - это просто другой вид наслаждения! И, по всей видимости, Агнессе необходимо и то и другое.

Давид же, вопреки внешне казалось бы обычному поведению Агнессы, в котором ни один из неосведомленных не мог бы заметить малейших признаков ее неверности, то и дело отгонял от себя мысли о том, что его возлюбленная может быть увлечена другим. Он уже давно не сомневается в наличии третьего лица в их отношениях, - и не только из-за той «знаменательной» беседы по телефону, когда Агнесса с присущей ей честностью лгала ему о «драме Лены», то и дело – чуть ли не намеренно, - разоблачая себя интонацией, репликами, восклицаниями. Он уже знал свою партнершу достаточно давно, чтобы любой ее жест, любая пауза в речи, любая смена выражения на лице – не могли пройти мимо его внимания, - именно и особенно после того разговора. Однако, что-то подсказывало Давиду, что отношения «на стороне» не зашли у Агнессы достаточно далеко, так как в этом случае он ожидал от нее полного и безвозвратного отчуждения. Теперь, думал Давид, нужно просто вступить в незримое соперничество с этим неведомым везунчиком, который оказался способен пробиться в уже давно занятое сердце Агнессы. И, как ни странно, история с Арминэ вовсе не казалась Давиду уместной и полезной в данной ситуации, и он готов был сделать все что угодно для того, чтобы Агнесса ни на минуту не усомнилась в его верности.

В свою очередь, Арминэ была скорее рада тому, что Ашот стал меньше ей звонить и писать. Ей даже не были интересны причины столь резкой перемены. Она уже сообщила ему о новом месте в офисе по соседству, и остальное было уже делом его смекалки. Ей же хотелось как можно скорее и как можно вернее завоевать Давида, - пусть для начала только физически. И снова, как всегда в последние месяцы, призвала она на помощь диалог принца с котенком, который раз за разом подсказывал ей реплики, движения и линию поведения, и благодаря которому она ощутила себя женщиной, способной добиваться желаемого с помощью всего, чем ее – оказывается! – наградила природа!

- Ты сволочь, Принц!

- Но честная сволочь, котенок! Ни единым словом я не солгал тебе!

- Но ты замалчиваешь свои чувства ко мне, а это нечестно!

- Я уже сказал тебе, котеночек, что я не из тех, кто истекает кленовым сиропом из задницы, окей? И на твоем месте я бы не особо доверял таким типам. Я также сказал тебе, что ни с кем в моей жизни я не разговаривал так долго, так увлеченно и с таким интересом. Ты знаешь, девушки могут прибегать к множеству способов вызвать интерес, но тебе это удалось практически с места, будучи собой.

- Расскажи, Принц, к каким способам прибегали девушки, чтобы вызвать твой интерес? Точнее, расскажи о самом эффективном.

- Хорошо, только запомни, что даже при этом интерес был недолгим, и отношения не продлились больше недели. Она просто застала меня врасплох и была первой, кто это сделал. Но секс для меня не настолько важен, чтобы на нем строить отношения. Мне обычно нужен полный комплект для счастья, а ты, похоже, и есть такой комплект!

Итак, вооружившись «рекомендацией» Принца, Арминэ воспользовалась ею с такой легкостью и с таким блеском, что вернувшись с Давидом из якобы «деловой» поездки, она не преминула позвонить Агнессе и с абсолютно искренней признательностью поблагодарить ее за то, что та однажды решила поделиться с ней «забавным» документом.

- Ничего не понимаю, - пробубнила Агнесса, повесив трубку, - представляешь, Лена, позвонила сейчас Арминэ и говорит такая радостная и счастливая: «как же я тебе благодарна за этот файл, что ты мне прислала!». И еще там что-то прощебетала о том, как она счастлива. Что бы это могло означать...

- Да мало ли что, - равнодушно откликнулась Лена, у которой в эти дни были свои, гораздо более серьезные, как ей казалось, проблемы. Тем более, что Агнесса так и не поделилась с подругами о том, что увидела в квартире Давида по возвращении из Санта-Аны, - счастлива и счастлива, - я только рада за нее.

Понимая, что сейчас не время рассказывать Лене о том случае, Агнесса решила забыть на время об этом странном звонке Арминэ и снова погрузиться в непростой мир проблем свой милой подруги.

- Ты понимаешь, - вздыхала Лена, - я понятия не имею, от кого из них я залетела, - но я отдельно сообщу об этом всем троим, и уж по их реакции и буду действовать дальше.

- Но как ты могла быть так отчаянно решительна!? Я не ожидала от тебя такой неосторожности!

- Несс, у меня не было выбора, ты ведь знаешь, что в любую минуту меня могут депортировать!

- Почему ты так боишься? Сотни людей живут здесь дольше чем ты, и их никто не трогает!

- Да, но есть другие сотни, которых трогают и депортируют!

- Но обычно это в случае каких-то ЧП и криминала. Ты так далека от этого...

- Не хочу рисковать, да и не могу больше жить в такой неопределенности! Пусть меня даже депортируют – но я хоть буду знать, где я и кто я...

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 22.07.2011, 08:51   #23
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Аня, воодушевленная явной взаимностью Ашота, заметно похорошела и от нее, как однажды нелепо, но красочно выразилась Агнесса, исходила «счастливая радиация». Она проводила с Ашотом все вечера, катаясь на машине, гуляя по побережью, ужиная в ресторанах или танцуя в клубах. Все те милые женские посиделки, которые раньше происходили у женщин втроем, - в эти дни проходили лишь между Агнессой и Леной, которые, будучи искренне рады за Аню, сами находились в более схожих по запутанности и драматичности ситуациях. Ашот же, разрываясь между своим давним чувством к Арминэ , подкрепляемым навязанными патриархальным воспитанием понятиями о достойных и недостойных для женитьбы девушках, и своим искренним интересом к Ане подкрепляемым удивительным взаимопониманием и общностью во многих аспектах, гораздо чаще звонил Ане, чем Арминэ. И, если звонки Ане сопровождались веселой непринужденностью и глубоким личностным интересом, то разговоры с Арминэ носили более напряженный и даже официальный характер, - ему приходилось быть разборчивым не только в словах, но и в темах для бесед, и каждый раз уговаривать себя, что несмотря на скуку и однообразие – именно Арминэ является самой подходящей для семейной жизни и самой достойной из всех девушек, которых он когда-либо знал. Кроме того, разговоры с Арминэ длились не более пары минут, в то время как с Аней Ашот мог висеть на телефоне часами. Ане хватало ума никогда не спрашивать Ашота об Арминэ, а та в свою очередь – по совершенно иным причинам – ни разу не поинтересовалась тем, где и как проводит Ашот свои вечера.

При всем при этом Ашот не мог выкинуть из головы женщину из переписки. Чем больше он думал о ней, сопоставляя детали из переписки и факты, наблюдаемые в жизни, тем больше она напоминала ему Агнессу. Мысль о том, что Агнесса могла параллельно отношениям с Давидом переписываться с неким Принцем, была вне рассмотрения у Ашота, поскольку он тогда совершенно терялся в догадках, с какой целью она прислала Арминэ такой компромат на себя. С другой же стороны, он не мог поверить, что в Солане живет армянка – наверняка яркая, привлекательная, явно владеющая русским языком, - судя по тем пословицам и поговоркам, которые она использовала в переписке, свободная, незамужняя, - которая не была бы при этом известна хотя бы кому-то в местной русско-армянской тусовке. И, поскольку Агнесса прислала этот документ, она наверняка должна знать эту женщину. Ашот решил проверить Агнессу на знакомство с «котенком» и, когда она как-то вечером пришла к Давиду выполнить его заказ на «фирменный тортик», Ашот то и дело появлялся на кухне, - то «поставить кофе», то вымыть чашки, то с предложением помочь. Хотя Аня и предупреждала Агнессу о том, что ее переписка была обнаружена в квартире Давида, Агнесса, как известно, не придала значения этому обстоятельству, а уж теперь, когда была увлечена выполнением «сладкого» заказа от общественно признанного возлюбленного, полностью утратила бдительность, откликнувшись на предложение Ашота и поручив ему помешивание заварного крема на медленном огне. Таким образом, Ашоту были созданы идеальные условия для «допроса с пристрастием».

- Со дна, со дна помешивай, Ашот, - с напускной строгостью критикует Агнесса, кокетливо-иронично улыбаясь, и не подозревая, что подобной фамильярностью лишь приближает «экзекуцию».

- Со дна, - а, хорошо, понятно, – и Ашот стал нарочито громко шкрябать ложкой по дну ковшика. Этот шум вполне мог позволить ему говорить так, чтобы Давиду, увлеченному в холле чтением новостей в Интернете, было практически не слышно, о чем они будут говорить на кухне.

- Ну и как там поживает наш Принц? – заискивающе, вполголоса спросил Ашот, глядя в упор на Агнессу.

Будто лишь в эту минуту вспомнив все обстоятельства, связанные с ошибочно отправленным файлом, Агнесса подняла глаза и, спокойно ответив на пристальный взгляд Ашота, произнесла:

- А мне-то откуда знать? Я ведь говорила ей, что этот файл попал ко мне случайно, и я просто переслала ей, чтобы она тоже похихикала, вот и все.

У Ашота не было ни желания, ни оснований не верить словам Агнессы, однако, он не мог оставаться в неведении и решил выведать все до конца.

- А кто эта женщина, ты не знаешь?

- Какая женщина? – Агнесса действительно не поняла, о ком спрашивал Ашот, и ему это показалось странным и даже подозрительным.

- Ну вот эта, которая «котенок», - чуть ли не издевательским тоном пояснил он.

- Ах, эта... – Агнессе и на этот раз захотелось услышать мнение со стороны, и она решила немного пофинтить: - А зачем тебе?

- Ну, так, личный интерес. Хочу познакомиться с ней.

- Ты серьезно? – усмехнулась Агнесса, - А в чем дело?

- Ну, понравилась мне она, - в легким раздражением, будто удивляясь, что его не понимают с полуслова, сказал он, поспешив, впрочем, добавить: - в определенном смысле.

- Что это значит, - «понравилась в определенном смысле»? – заносчиво осведомилась Агнесса, отняв у Ашота ложку и схватившись другой рукой за хвост ковшика.

- Это значит, - ответил Ашот, отстранившись от плиты, оттесненный Агнессой, и подойдя к ней с другой стороны, - что я хотел бы познакомиться с женщиной интересной, умной, красивой и раскрепощенной, - похожей на тебя!

- По-моему, у тебя уже есть такая женщина в поле зрения...

- Аня? – усмехнулся Ашот, - Аня имеет потенциал для этого, но это требует времени. Так что лет через десять она может быть и станет такой, - это как вино. В ней нет пока этого возрастного лоска.

- Ну, будет...

- Нет, мне нужно это не потом, а сейчас... И я вообще-то хочу увидеть именно ту женщину, - ты знаешь ее или нет?

- Слушай, а тебе не кажется, что та женщина на минуточку занята?

Полностью уверенный теперь, что Агнесса знакома с «котенком», Ашот решил не сбавлять напора.

- Кем это она занята, я не понял? Этим женатым ничтожеством? Да я в две минуты выбью у нее из головы все мысли о нем.

- Вот как? Ты это можешь?

- Сто процентов даю! Сомневаешься? Я спорю!

- Но как ты это сделаешь?

- Я просто открою ей глаза на то, кто он такой по сравнению с ней. Она заслуживает лучшего.

- И этот лучший – ты? – вскинув голову, усмехается Агнесса.

- А ты так не думаешь?

- Влюбленный в одну, гулящий с другой и ищущий знакомства с третьей?

- Агнесса, ну ты не про то...

- А по-моему, как раз «про то».

- Во всяком случае, я не женат, и не морочу никому голову.

- Между ними тоже все довольно ясно, - они взрослые люди...

- Но страдать будет она, а не он!

- Каким образом?

- Элементарным! Он женат, при детях, при семье, ему терять нечего. А вот она теряет драгоценное время попусту.

- Не волнуйся, Ашот, не теряет...

- У нее есть кто-то, кроме этого подонка?

Еле скрывая свою злость на Ашота за столь грубые выражения в адрес самого дорогого ее сердцу существа, Агнесса, кажется, уже была готова выложить ему всю правду, так как ей стало до боли невыносимо лгать о самой важной и самой досадной ситуации в своей нынешней жизни. Однако, увидев, насколько решительным и смелым был Ашот в своем отчаянном желании познакомиться с «котенком» и защитить ее от ненужного и «опасного» наваждения, она не осмелилась выложить перед ним все карты.

- Ну откуда мне знать, Ашот? Я просто чувствую, что и до знакомства с этим Принцем она наверняка была не одна, - свято место пусто не бывает.

- Ты права, - в задумчивости согласился Ашот, - но я почему-то почти уверен, что ты ее знаешь, просто не хочешь нас знакомить. И почему-то не хочешь ответить мне, есть у нее кто-то помимо этого придурка или нет.

- Ашот, я так устала говорить на эту тему, – совершенно искренне и с глубоким вздохом откликнулась она, - вот взбей-ка лучше эту массу, - у Давида нет миксера, а тут нужна мужская сила.

-Никакая мужская сила, - Ашот, забрав венчик из рук Агнессы, принялся взбивать крем, - физическая мужская сила, - не сравнится с внутренней силой некоторых женщин переносить и переживать такие драмы, которые сами же себе и создают. Все-таки мы, мужчины, всегда ищем более легкие пути.

- Ты прав, - рассмеялась Агнесса, - мы, женщины, не ищем легких путей!

- Да ищете, ищете, только такие обычно не интересны приличным ребятам. А вот те жемчужинки, которые ищут трудных путей – по определению стремятся к каким-то козлам и придуркам, оставляя умных мужиков на произвол судьбы... в виде расчетливых стерв.

Агнессе была интересна эта беседа, но она скорее испытала облегчение, когда на кухне появился Давид и, вмешавшись в разговор, полностью сменил его тему и в итоге попросту увел Ашота с кухни.

Помимо всего прочего, Агнессе вот уже несколько дней не давали покоя мысли о странном звонке Арминэ, которая благодарила ее за присланный файл. По тому, как Агнесса представляла себе эту девушку, та не должна была осмелиться даже поднять глаза в присутствии Агнессы после того, что было в тот вечер на квартире у Давида. Откуда в ней взялась эта наглость – звонить и благодарить за файл! Однако, в отличие от Агнессы, которая переживала и недоумевала исключительно в себе и без каких-либо планов и намерений, Арминэ не желала бездействовать. Убедившись, что даже после ее «победы» Агнесса и Давид продолжают встречаться как ни в чем не бывало, Арминэ поняла, что намек по телефону Агнессой полностью проигнорирован или не понят. Нужно рассказать ей все при личной встрече. Эта самоуверенная кошка должна, наконец, получить по мозгам и убедиться, что она теперь не единственная женщина в жизни Давида!

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 25.07.2011, 08:32   #24
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Арминэ дождалась Агнессу возле начальной школы, куда та приехала забрать младшую дочь. Припарковавшись на привычном для ребенка месте у тротуара, Агнесса вышла из машины и стала ждать появления детей из ворот заднего двора школы, хотя до окончания занятий оставалось еще минут пять. Арминэ прибыла сюда гораздо раньше, и поэтому, увидев Агнессу, она сразу же оставила свою машину и направилась к сопернице.

- Арминэ? – Агнесса, кажется, в ту же секунду догадалась, с какой целью появилась здесь эта девушка, и ей не нужно было много времени, чтобы приготовиться к «труду и обороне», - какими судьбами ты здесь?

- Я хотела с тобой поговорить, Агнесса-джан, это очень важно.

- Прямо здесь и сейчас? – по-доброму, снисходительно и даже с сочувствием в голосе осведомилась Агнесса, мило улыбаясь.

- Не знаю, - Арминэ, кажется, растерялась от такого обращения, но очень быстро взяла себя в руки и продолжила: - Вообще-то разговор всего на одну минуту. Я просто считаю, что ты имеешь право это знать.

Воспользовавшись риторической паузой, которую допустила Арминэ, Агнесса прервала ее:

- То, что ты влюблена в Давида? Я это уже поняла.

- Агнесса-джан... – Арминэ будто растерялась от второй уже безуспешной попытки вызвать у Агнессы искреннее любопытство, и решила больше не тянуть кота за хвост: - Давид был со мной, понимаешь?

Будучи в общем-то готовой к этому «пассажу», Агнесса героически сохранила прежнее выражение лица, как если бы ей сообщили сводку погоды на ближайший вечер:

- А, ну да, хорошо. А ты сейчас куда?

- Ты не так поняла меня, наверное; - Арминэ начала нервничать, - мы были вместе с ним, понимаешь? Как мужчина и женщина.

Широко улыбнувшись, Агнесса вскинула голову и повторила:

- Хорошо, хорошо, я рада за тебя. Жаль только, что он не посчитал нужным поделиться со мной этой новостью. Видимо, не придал ей значения. Так ты куда сейчас?

- Мне на работу еще... а что? – полностью растерявшись, Аримнэ будто была готова заплакать, хотя ей было невдомек, что творилось в сознании у ее собеседницы.

- Ну, если будет что-то нужно, не стесняйся, я всегда готова помочь тебе с любой проблемой, - Агнесса стала оглядываться по сторонам, делая вид, что высматривает ребенка, хотя ей просто хотелось на пару секунд «развеяться» и спрятать лицо от собеседницы.

«Я была к этому готова, не так ли? Так к чему эта драма? И вообще, - что это меняет? Подумаешь! Давид все равно со мной, и не надо забывать, крошка, что ты и сама не образчик верности!»... Быстро справившись таким образом с комом в горле, Агнесса, с еле заметной улыбкой на спокойном лице, обратила непринужденный взгляд на смущенную девушку и спросила:

- У тебя что, - перерыв?

- Да, с часу до двух, - ответила Арминэ, изо всех сил соображая, как ей действовать дальше, поскольку столь вожделенно предвкушаемой ею агонии агнессиного самолюбия пока не наблюдалось.

- А ты уже обедала? – Агнесса задала этот вопрос так, как если бы Арминэ была ее ребенком или младшей сестричкой.

- Я могу обойтись и без обеда, я ведь должна была с тобой поговорить...

- Ну что ж, - Агнесса захлопнула заднюю дверцу своей машины, после того как подбежавшая дочурка нырнула в салон, - мы же вроде поговорили. У тебя еще есть время пообедать. Я обещаю тебе, что обязательно дам тебе знать... – и она, то ли притворяясь, то ли действительно еле сдерживая смех, уселась за руль и включила зажигание.

- Дашь знать – что? – спросила совершенно обескураженная Арминэ, сделав пару шагов и наклонившись к водительскому окну с опущенным стеклом.

- Дам знать, как только Давид выйдет у меня в тираж. Не обещаю, правда, что это случится скоро. Не забудь пообедать.

С этими словами Агнесса уехала с парковки, сияя от восторга по поводу разыгранной ею сцены. Выруливая по коротким и узким улицам центральной части Соланы и вполуха слушая лепет дочери, рассказывающей о своем школьном дне, она широко улыбалась и то и дело повторяла про себя: «Нет, в это невозможно поверить! Это было просто как по нотам! Это можно было снимать одним куском и без единого дубля!». Странным образом, звонкий смех, которым Агнесса сопровождала свои мысли и короткие реплики в веселой беседе с дочерью, сочетался с бурным потоком слез из ее глаз.

Шэннон до странности тяжело переносит свое положение. Такого я не припоминаю у нее ни в одну из предыдущих беременностей. И не скажу, что плохо помню все прежние случаи.

- Просто я слишком много переживала в первые недели, а это сказывается! – то и дело повторяет она, и я понимаю, что главная ее задача – навязать мне чувство вины.

Я мог бы возразить ей целой кучей доводов, но не считаю уместным делать это сейчас, и просто отворачиваюсь к монитору.

- Ты мог бы отвлечься на секунду от Интернета? Какого черта ты там вообще делаешь?

- Я здесь, Шэннон, я слушаю тебя и готов сделать все, что ты пожелаешь.

Мои слова наверняка показались ей неискренними или даже издевательскими, так как ее лицо исказилось в какой-то мученической гримасе, и она всплеснула руками:

- Ты никогда не сделаешь всего, что я пожелаю! Ты никогда не перестанешь быть собой!

- Милая, если я не такой, как тебе нравится, за что же ты меня так любишь? – спросил я, с одной стороны желая избежать конфликта, а с другой – искренне интересуясь ответом на свой вопрос.

- Я люблю не тебя, а то, что я мечтаю видеть в тебе! То, что я надеюсь когда-нибудь в тебе найти! – кричит Шэннон, и мне приходится встать, подойти к ней и, обняв, постараться успокоить, чтобы она не разбудила детей своим криком.

- Ты ведь знаешь, что тебе нельзя волноваться. Ты ведь так здорово настраиваешь будущих мамочек на тех занятиях, а сама почти не следуешь своим же советам!

Она будто раздражается пропорционально тому, как я мил и заботлив по отношению к ней.

- Я волнуюсь только из-за тебя! Ты причина всего, что со мной происходит!

- Шэннон, я здесь, я с тобой, я всегда рядом, и всегда готов тебе помочь...

- Ты думаешь о чем-то другом. И я это чувствую, я в этом уверена! Ты не со мной в душе и в мыслях! И тем противнее мне все твои заботы и вся твоя мягкость. Тебе наплевать на меня, и это ясно!

Я не могу больше сдерживаться, и буду теперь говорить с ней на равных, - будь что будет! Если она сама не волнуется о своем ребенке, то, видимо, ей лучше знать, что ему нужно.

- Шэннон, ты помнишь, как мы воссоединились? Ты ведь сама на этом настояла. Ты заставила меня. Ты знала, что я не хотел этого.

- Зачем ты мне это говоришь? Ты разве не понимаешь, как больно мне это слышать?

- Я вообще не хотел про это говорить, но ты вызвала меня на этот разговор.

- Ты ужасен, Стэн! Ты делаешь все, чтобы я вызывала тебя на такие разговоры, а потом убиваешь меня своими словами! Меня и своего ребенка!

- Успокойся, прошу тебя! – я снова обнимаю ее, зажмурившись, пытаюсь внушить себе, что это всего лишь обычное дело в супружеской жизни, - «двое ссорятся-двое мирятся», и мне становится тошно от самого себя, потому что я ощущаю себя чужим здесь, в этом доме, среди своих детей и рядом с их матерью, столь несправедливо и пошло обвиняющей меня.

Я злюсь на себя, злюсь на Шэннон, но почему-то не злюсь на Котенка, хотя именно она вторглась во все ниши моего существа, - в мою жизнь, мое сознание, в мои чувства, в мой ум и в мое сердце. Да, и туда тоже, черт подери! Только виновата ли она в этом? Я ей несколько раз повторял, что прекрасно ее пойму, если она откажется от общения со мной. Она же все время делала упор на то, что не хочет бросить меня в беде. Теперь я не уверен, что ее присутствие в моей жизни не есть большая беда, чем жизнь с нежеланной, но все-таки давно уже родной и близкой женщиной. О нет, я не готов отказаться от Котенка! Не теперь! Однажды, когда мне пришлось несколько дней подряд привыкать к мысли о том, что я потерял ее навсегда, я уже агонизировал так, как никогда раньше в своей жизни. Я больше не хочу этого. Уже тот факт, что она не смогла прийти в Ла Реконкисту на вторую встречу со мной выбил меня из колеи, поскольку я был полностью уверен, что она обязательно придет! Она же заявила, что у нее неожиданно заболел ребенок. Я буду с ней встречаться, чего бы мне это ни стоило! Просто я сознаю, что это мне может обойтись дороже, чем я думал. Шэннон прервала мои мысли:

- Что ты делаешь там, в Интернете? Почему ты не посидел со мной в обнимку перед телевизором?

- Я... я собственно искал работу и жилье в Солане.

- Где? Почему? – Шэннон нахмурилась, но я заметил, что идея ей понравилась.

- У нас маленькие дети, и я подумал, что Солана – это гораздо более подходящее место для них, чем Фуллертон, – ты не согласна? Побережье, чистый воздух, больше парков, музеев и детских площадок в городе, спокойнее и безопаснее.

- Странно, ты никогда раньше не задумывался об этом... – напряглась Шэннон.

- Когда-нибудь нужно начать думать! – весело ответил я, довольный и счастливый тем, что мне не приходится лгать ей, так как я действительно искренне считаю, что моим детям гораздо лучше расти в Солане, чем в Фуллертоне! Правда, не будь Котенка, вряд ли мне пришла бы в голову мысль о переезде.

Закончив работу, Давид решил заскочить к себе, чтобы помыться и переодеться, прежде чем он направится на встречу с Агнессой. Ашот, как водится, уже гуляет где-то с Аней. Хотя он уже устроился на работу, с квартирой ему пока не везет, да и Давиду, как оказалось, было намного удобнее жить на пару с Ашотом, - как с финансовой, так и с чисто человеческой точек зрения. Ему наверняка доставляло кое-какие неудобства то обстоятельство, что Ашот то ли влюблен в Арминэ, то ли рассматривает ее как будущую жену, - потому что случившееся между ними несколько дней назад наверняка бы не понравилось Ашоту, не говоря уже об Агнессе. Давид просто не представляет, что он мог тогда сделать и как поступить, чтобы предотвратить случившееся. Арминэ заявила, что ее машина в ремонте, и что ей срочно нужно быть в Ранчо Бернардо, чтобы забрать присланную матерью из Еревана посылку, которую привез человек, якобы остановившийся в Ранчо Бернардо проездом и потому ограниченный во времени. Эта ситуация была вполне подходящей, чтобы Давид не просто уступил, но и с удовольствием согласился выполнить просьбу Арминэ. Правда, он предложил Арминэ просто взять его машину, но она заявила, что выпила вина с подругами и, следовательно, не может сесть за руль.

Забежав по какому-то неизвестному Давиду адресу в Ранчо-Бернардо, Арминэ вернулась с парой пластиковых пакетов, которые должны были «олицетворять» посылку от Стэллы. Бросив их на заднее сиденье, она села на свое пассажирское место спереди, и они тронулись в обратный путь. Прекрасно помня все детали, указанные Принцем, Арминэ дождалась, когда машина окажется на трассе, не допускающей движения медленнее чем семьдесят миль в час, - а Давид, - если не было пробок, - на трассе всегда брал не менее восьмидесяти, - Арминэ, уже не будучи той робкой девочкой и сознавая все возможности соблазнения, ранее неведомые ей самой, просто сказала пару фраз, процитированных Принцем, и повторила все действия, которые он описал в своем послании Котенку. Давид не мог ни сопротивляться, ни свернуть с дороги, ни остановить машину, ни спорить и возражать, когда Арминэ медленно, но смело расстегивала его брюки, когда она орудовала у него в паху вначале руками, а затем, нагнувшись над ним, - уже губами и языком. Ему было важно лишь одно: удерживать руль и следить за темной дрогой. Остальное Арминэ проделала сама до самого конца, и даже тогда она не сразу выпрямилась, а долго еще продолжала покрывать поцелуями объект своего столь долгого вожделения. Давид молчал всю дорогу, путаясь в досаде за самого себя, разочаровании в своих отношениях с Арминэ, страхе перед дальнейшими событиями, сулившими конфликт с Агнессой, и в воспоминаниях о первом своем подобном опыте. Да, - в отличие от Принца, которого когда-то «застали врасплох» впервые, Давид уже имел счастье испытать нечто подобное много лет назад, - с той лишь разницей, что тогда рядом была единственно любимая и желанная на тот момент женщина, с которой они заранее планировали проделать этот трюк на трассе. Теперь же Давид ощущал себя вывалянным в грязи, и ему хотелось лишь одного – как можно скорее высадить Арминэ с этими треклятыми пакетами, и никогда больше не видеть ее. Он уже дал себе слово никогда не оставаться с ней наедине ни при каких обстоятельствах, хотя сам же потом раскритиковал себя за такое малодушие. Он не должен бояться оставаться с ней наедине. Он должен научиться твердо ей отказывать. Да, да, раз за разом, сколько потребуется. Черт побери, в конце концов, она откровенно не нравится ему как женщина!

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 28.07.2011, 00:00   #25
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Арминэ же, поскольку действительно выпила «для храбрости» в тот вечер, была наутро счастлива с одной стороны – тем, что достигла какого-никакого результата с Давидом, и обескуражена с другой стороны ввиду полного отсутствия какого-либо ощущения «счастливого приобретения». «Ничего не изменилось, - опозорилась только», - то и дело повторяла она себе. Впрочем, сдаваться девушка не спешила, решив идти до самого конца. Случившееся имеет право на продолжение. Он теперь не может оставить ее ни с чем. Между ними теперь есть тайна, которая их объединяет! Давиду наверняка понравилось, - он в конце концов просто мужик, такой как и все, и не откажется от «продолжения! То, что Давид не отвечал на ее звонки и е-мейлы с извинениями, никак не умаляло ее решимости действовать дальше, и именно тогда она решила поговорить с Агнессой. Поскольку, как уже известно, Агнесса – во всяком случае, внешне, - не придала значения случившемуся, девушка поняла, что нужно искать новые способы достижения своей цели. Как ни странно, Давид стал ей нравиться теперь еще больше, мучительнее, до слез!

- Привет, дурашка! – весело воскликнул Давид, когда Агнесса открыла ему дверь в этот вечер, - Соскучилась?

- О, как всегда! – подхватив волну веселья, Агнесса ласково поцеловала его и подтолкнула к столу, - садись, будешь ужинать с нами.

- Обязательно!

Осведомленность об измене Давида странным образом веселила Агнессу и в то же время придавала остроты и яркости ее чувствам к нему. Она теперь не переставала прикидывать, как бы все обернулось для ее чувств, не будь в ее жизни Принца. Чем дольше она думала об этом, тем более убеждалась в том, что Принц, видимо, был послан ей как ангел спасения, потому что будь Давид так же страстно и глубоко любим ею, как полгода назад, откровение Арминэ принесло бы ей нестерпимые страдания! Давид же, поскольку ему было невдомек о разговоре Арминэ с Агнессой, был приятно удивлен тому, как она была мила, ласкова и радостна, и у него возникло ощущение новизны и возрождения чувств. Ироничная, высокомерная, не вмеру умная и язвительная, - сегодня она казалась ему ранимой, хрупкой и даже слегка глуповатой. Но, поскольку он сознавал, что перед ним все та же ироничная и умная Агнесса, ему особенно хотелось как можно скорее воспользоваться этим временным перевоплощением и насладиться им, пока не поздно. Ему нравилось, как мило она хихикает в его объятиях, как капризно стонет, как забавно ее передергивает от его «манипуляций». И, хотя все это было не ново для их отношений, Давид все-таки успел за последние полгода соскучиться по этой «энергетике», внезапно возникшей сегодня между ними. Он словно очутился в прежних временах, когда их чувства были беспечны, радостны и ничем не омрачены. «Она, кажется, разочаровалась в том типе», - подумалось Давиду, когда Агнесса вдруг в самый разгар интимного действа стала заливаться слезами.

- Ты что? – тяжело дыша, промычал он, - что случилось, родная?

- Я знаю... я знаю о том, что у тебя было! – надрываясь от рыданий, отвечала она.

Искренне не понимая, о чем речь, Давид приподнялся на локте, чтобы лучше разглядеть в полумраке лицо своей возлюбленной. Однако, то ли старая привычка, то ли врожденный мужской инстинкт все время оправдываться, даже если не знаешь в чем тебя обвиняют, наложили на его лицо столь глупую маску бессмысленной и неуместной улыбчивости, что Агнесса зарыдала с новой силой.

- Я знаю, что ты спал с Арминэ! – она вырвалась из его объятий и уткнулась лицом в подушку.

Остолбенев, - если так можно выразиться о человеке, находящемся в горизонтальном положении, - Давид решил, что любая пауза сейчас будет губительна. Он терпеть не мог такого рода выяснения отношений, они набили ему оскомину не только в первые же годы после женитьбы, но и задолго до нее. Однако, здесь и сейчас он был поражен тому, насколько ему нравится вся эта ситуация, и как ему в то же время важно – жизненно важно! – оправдаться перед Агнессой и успокоить ее. Никогда прежде подобные разборки не доставляли ему такого своеобразного удовольствия!

- Несс, ну-ка повернись ко мне, - он схватился за ее плечо, но она отпихнула его.

- Я знаю, что это глупо, Давид, прости... Я сейчас успокоюсь.

- Что «глупо»?

- То, что не смогла не сказать тебе... Это просто вырвалось, - так получилось, я не смогла сдержаться.

- И все равно, Несс, ты напрасно так переживаешь, потому что я с ней не спал.

- Как? – не поворачиваясь к нему лицом, Агнесса все же приподняла голову над подушкой, - А как же то, что случилось между вами, когда ты мне говорил, что вы должны были поехать в Ранчо Бернардо?

- Да, мы поехали, она на две минуты зашла к своим знакомым, забрала вещи, мы вернулись в Солану, и я высадил ее. Больше мы с ней не виделись.

Прекрасно понимая, что Арминэ вряд ли стала бы придумывать и рассказывать такое о себе, Агнесса решила, что Давид что-то недоговаривает.

- Ладно, Давид, не хочешь – не рассказывай. Но я знаю точно, что между вами уже что-то случилось.

- Вот именно – «что-то»! - Давид перешел на крик, но вовремя одумался и продолжал вполголоса: - Навязанный мне оральный секс на дороге, когда я был за рулем на скорости 80 миль в час, ты считаешь изменой с моей стороны?

Услышав слова Давида, Агнесса застыла на несколько секунд, а потом вдруг, вспомнив о звонке Арминэ с благодарностью за присланный файл, звонко рассмеялась.

- И ты... и ты не мог ее остановить?

- Нет, Нэсс, я мог только помочь себе поскорее покончить с этим, контролируя движения ее головы.

- Она наверняка приняла это за ласку...

- Плевать мне на ее восприятия! Я сказал, что не мог рисковать собой, ею, и, возможно, еще кем-то на фривэе, вступая с ней в единоборство или слишком углубляясь в процесс. Поэтому, если ты думаешь, что я получил удовольствие и был счастлив, то ты просто дурашка, – с этими словами Давид ласково трепал Агнессу за загривок, как собачонку, и она, широко улыбаясь, повернулась к нему и нежно обняла его.

У нее возникло новое, незнакомое доселе чувство злорадства по отношению к Арминэ, которая столь страстно, беззаветно и самоотверженно жаждет того, что она, Агнесса, имеет в любом желаемом ею количестве и в любое время. Встречаясь с Принцем, она не ощущала того же возбуждающего злорадства в отношении Шэннон, поскольку та вообще не знает о существовании Агнессы, и к тому же, Принц все время при ней! Впрочем, Агнессе, как ни странно, никогда не хотелось оказаться на месте этой мексиканки – по многим причинам. Слишком взрослой и опытной была она для того, чтобы столь примитивно завидовать.

В телефонном разговоре с матерью Арминэ представила ей случившееся как полноценное интимное действо, избегая подробностей и уточнений. На следующий день Стэлла с мужем были уже в гостях у родителей Давида с серьезным разговором.

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 31.07.2011, 02:16   #26
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Одержимый идеей непременно познакомиться с героиней переписки, Ашот решил попробовать выведать все у Ани. Впрочем, считал он, для этого нужно выбрать подходящий момент, ибо Аня, хоть и выглядела довольной и счастливой их отношениями, все же не проявляла той беззаветной преданности и преклонения, которые обещали бы ее покладистость и откровенность. Однако, прощупать почву ему не терпелось уже сейчас. Они сидели на террасе Старбакса в самом сердце делового центра Соланы, и Ашот решил, что уличный шум, звуки моторов, сирен и разноязычный гвалт могут слегка поспособствовать притуплению аниной бдительности.

- Ты знаешь про этот файл, который Несс разослала всем своим друзьям и знакомым?

Аня, - которой довелось «пережить» обнаружение распечатки в квартире Давида, - вовремя поняла, о чем речь, но в упор не соображала, как ей ответить на этот вопрос. Поскольку предполагалось, что Агнесса разослала файл всем знакомым, Аня не могла не получить его. Однако, не зная намерений Ашота, она решила дать себе время на раздумья. Лениво ковыряясь зеленой затычкой в своем куске пирога, она равнодушно откликнулась с томной улыбкой:

- Ну и что?

- Что «ну и что»? – фамильярничает Ашот, - Ты читала его?

- Так, слегка, невнимательно. Почему ты спрашиваешь?

- Ты вообще в курсе, про кого там, - чья это переписка?

У Ани перехватило дыхание от напрягающей идеи о том, что Ашот мог догадаться об участнице диалога, и она уже инстинктивно подготовилась к «труду и обороне».

- Какое это имеет значение?

- Ну... – не готовый делиться с Аней своими планами завести пикантное знакомство, Ашот был застигнут врасплох этим встречным вопросом, - чисто психологически интересно узнать, что там у них происходило дальше.

- А ты вообще уверен, что это реальные люди? – нашлась Аня, - Неужели ты думаешь, что Агнесса стала бы распространять среди знакомых чужую реальную переписку?

- Ну, то, что она реальная, я не сомневаюсь, это стопроцентно.

- С чего ты решил?

- С того, что для целенаправленной комичности там слишком много драмы и наоборот. Да и шестое чувство тоже кое-что подсказывает. Некоммерчески сделано, понимаешь?

- Не знаю, - вздохнула Аня, всем своим видом показывая, что ей неинтересна эта тема, - если я правильно помню, там вроде все на логичной ноте и завершилось: он вернулся в семью, а она решила положить конец общению.

- То есть, по-твоему, она сейчас свободна?

Обескураженная неожиданным вопросом, Аня стала нервно стучать затычкой по бумажному стаканчику.

- Ты даже не знаешь, когда все это происходило, - ведь могло пройти много лет!

- Нет, это события последних месяцев, потому что они говорили там о смерти L*!

- Ах, ну да...

- Так что, ты действительно ничего не знаешь о них? Особенно о ней, - ведь она живет в Солане!

Аня решила применить другую оборонительную стратегию. Беззвучно рассмеявшись, она выпалила:

- Ну это же не деревня!

- Но она армянка!

- Ах, вот что тебя задело! Так сходи в армянскую церковь и поинтересуйся у прихожан, - кстати, ты знаешь ее имя?

- Да нет, в том-то вся проблема! – горячо восклицает Ашот.

Просияв, Аня сделала глубокий вдох и посмотрела на Ашота нежно и даже с благодарностью. Ашот же, разочарованный малообнадеживающими результатами своего расследования, даже не заметил того облегчения, которое было написано на анином лице. Желание познакомиться с котенком усиливалось у Ашота с каждым днем. Ему казалось, что он уже знает эту женщину вдоль и поперек, и ему ничего не стоит завоевать ее и пережить несколько – а если повезет, то и немало – замечательных по своей эмоциональной, интеллектуальной и сексуальной насыщенности встреч. Котенок стала для него чем-то вроде вожделенной «гейши».

После того, как Арминэ поделилась с матерью известным обстоятельством своих отношений с Давидом, развитие событий в этом своеобразном человеческом многоугольнике приобрело невиданную стремительность. Давиду пришлось пережить неприятнейший разговор на скайпе с матерью, в котором он наотрез отказался что-либо объяснять, ограничившись настойчивым заявлением о том, что между ним и Арминэ никогда ничего не было, и что неплохо бы попросту вспомнить все обстоятельства ее детства, отрочества и юности и понять, что у девушки с возрастом «совершенствуются» способы проявления чувств и методы достижения цели.

- Но ты разве не хочешь задуматься о своем будущем? – спрашивала мать, - С Седой у вас уже все кончено, потому что ни ты не вписал ее в заявление о воссоединении семьи, ни она не настаивала на этом. Дети скоро переезжают к тебе, и вы сможете развестись. Что дальше? Ты ведь молодой мужчина! Чем она тебе не пара?

- Тем, что она мне никогда не нравилась, мама.

- Помню, ты то же самое говорил о Седе, но все-таки послушался нас и женился на ней.

- Это неудачный пример...

- Ну, не всегда ведь мы не правы.

- Дело в другом. Она мне не просто не нравится, а откровенно неприятна, понимаешь? И не заставляй меня объяснять. Кроме того, – если Стэлла тебе еще не доложила, – я здесь не один, и если хочешь знать, я люблю эту женщину.

- Давид, не всегда те, кого мы любим, этого заслуживают.

- Она заслуживает мама, потому что с ней мне хорошо. И весь этот разговор бессмысленный можно уже прекращать.

Перейдя на другие темы, а затем закончив сессию в скайпе, Давид стремительно встал из-за компьютера и, хотя на часах был уже двенадцатый час ночи, взял телефон и выбрал номер Арминэ.

- Арминэ?.. Я прошу тебя никогда больше не произносить мое имя в разговорах с твоей матерью или с кем-либо вообще. Ты уже превысила меру. Я думаю, ты могла бы вести себя приличнее.

Немного помолчав, Арминэ собралась с мыслями и ответила:

- Сейчас у нас с тобой не такие отношения, чтобы я соблюдала приличия. Ты мой первый мужчина, и ты это знал!

- Что ты несешь, безголовая? Какой «первый»? Ты меня держишь за осла? Не знаю как во всем остальном, но в этом ты на сто процентов не новичок! Я не хочу больше говорить с тобой, просто не теряй достоинства.

- Я его потеряю, если не буду с тобой.

- Ты не будешь со мной, потому что это зависит только от меня.

- Ошибаешься. Спокойной ночи!

Когда Арминэ повесила трубку, Давиду вдруг стало впервые в жизни ясно, насколько порой лицемерными и «себе на уме» могут быть девушки, которые воспитываются в патриархальных традициях и строгости, и которые кажутся образцом скромности, прилежания и благочестия. Насколько более искренни и открыты могут быть те, кто с детства привыкли говорить что думают, не быть зажатым в тисках сомнительных в наши дни понятий и делать все, что считают нужным и правильным, приобретая реальный жизненный опыт! Начинать это во взрослом состоянии – дико и неестественно!


Продолжение следует
Reply With Quote
Old 04.08.2011, 11:09   #27
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Нет, мне решительно не нравится то, что происходит сейчас между мной и котенком! Она отвечает мне односложно и очень скоро исчезает по каким-то делам, не предполагающим нахождение за компьютером. Мои дни проходят в полном недоумении и неуверенности в том, что ожидает наши отношения в будущем. Весь день теряет свою яркость, если я не пообщался с ней вдоволь.

- Котенок, что ты скрываешь от меня? Что у тебя происходит?

- Принц, ты не представляешь, как мне хочется тебя увидеть! Это единственное, о чем я думаю! Но навалилось столько дел и обстоятельств!

- Ты ведь знаешь, во что тебе обойдется каждый день моего мучительного ожидания!

- Ах, если бы ты действительно мог быть таким же мачо на деле, как на словах!

- А я и есть мачо, котенок! Ты будешь удивлена, но я никогда не плачу, когда мне делают прививки или забирают кровь! Что может быть мачистее?

- Ну ты и оптимист!

- Да, я оптимист, только это никак не изменит моего намерения взыскать с тебя по полной в наш следующий раз.

- Да, ты на самом деле оптимист, потому что даже когда кто-то делает второй номер перед тобой – ты говоришь, это печенье.

- А?.. Ты сейчас заработала еще пять..... нет, еще целых семь хлопков для своей роскошной задницы.

- Пожалуй, запиши, а то забудешь, - не надейся на свою безмозглую шатенистую голову.

- Шатенистую? Что это за слово такое? Ты ведь в курсе, что я говорю только по-английски.

- Нет, я не в курсе, - я думала, что ты говоришь и на мексиканском тоже! У тебя ведь полно мексиканской родни!

- Так... ты помнишь, какого цвета было у тебя сзади после нашей первой встречи? Так вот, это тебе покажется бледно-розовым по сравнению с тем, что будет в следующий раз.

Отправившись к Агнессе на следующий после звонка к Арминэ вечер, Давид еле дождался ухода Лены с Аней, которые, как водится, ужинали у нее. Впрочем, девушки не могли не заметить странной молчаливости Давида и его озадаченно-напряженных взглядов на Агнессу, которые тот тщательно, но тщетно пытался скрыть.

Как только девушки распрощались и Давид с Агнессой утихомирили детей в спальнях, он вытащил ее на балкон и, предложив ей сигарету, - что вызвало ее недоумение, ибо Давид считался противником ее курения даже при том, что она курит лишь пару сигарет в неделю, - закурил сам и начал:

- Я вчера говорил с мамой по скайпу. Она спрашивает, что я думаю о своем будущем.

Сделав затяжку, Агнесса закашлялась.

- Она спрашивает, почему я не женюсь...

- На ком? – пытаясь казаться спокойной, спросила Агнесса.

- Вообще, – соврал Давид.

- Как можно задавать такой вопрос, не имея кого-то в виду...

- Она имела в виду любую женщину, поскольку предполагается, что я здесь как бы не в монахах живу.

- Но ты еще не разведен...

- Это дело пары дней, – раздраженно парировал Давид, явно недовольный отсутствием какого-либо энтузиазма со стороны Агнессы, - я высылаю в Ереван деньги, пару нотариально заверенных бумаг, и мои ребята все там возьмут под контроль.

- А как же твоя половинка? – вертя сигаретой над пепельницей, с кривой улыбкой на мертвецки бледном лице, Агнесса явно пыталась избежать разговора о женитьбе.

- Не издевайся, Несс. Моя половинка – это ты. А Седа – это главное недоразумение моей жизни! – Давид не мог отвести глаз от ее нежного запястья и с трудом сдерживался, чтобы не обнять ее за талию, - ибо разговор этот предполагал некий налет официальности.

- А кто не главное?

- Слушай, хватит мне пудрить мозги. Ты ведь прекрасно понимаешь, что со всеми моими прежними отношениями у меня давно завязано.

- Давид, ты знаешь почему нам так здорово вместе?

- Знаю. Потому что мы созданы друг для друга.

- Потому что мы живем отдельно и можем постоянно отдыхать друг от друга, успеваем соскучиться, не обременяем друг друга ничем.

- Не глупи, Несс. Мы бы прекрасно ужились и под одной крышей.

- Я знаю, Дав, я не сомневаюсь в этом, но это будет уже не та форма отношений, которая мне больше всего нравится. Я не хочу рутины, не хочу повседневности, доступности, обязаловки, повязанности...

Давид продолжал смотреть на ее руки, лишь время от времени поднимая глаза для короткого взгляда в ее лицо.

- Я уже была замужем, и со временем все притупилось, все стало таким... таким смертельно обыденным, - даже при том, что жили душа в душу, - все равно, мне было ужасно жаль нашей прежней страсти и романтики. А с тобой – как видишь, и через долгие годы все как и прежде.

- Разве? А что ты скажешь про последние полгода?

- Ты о чем? – Агнесса предательски побагровела.

- Сама знаешь, о чем.

- Будь мы женаты, все могло бы быть и хуже...

- А не лучше?

- Нет, нет...

- Значит, продолжаем жить в грехе?

Невольно рассмеявшись, Агнесса качнула головой.

- Что ты хочешь от этой жизни?

- Жизни, Дав. Не как у всех, не по шаблону, не по кальке, а своей, уникальной и красивой.

- Значит, когда ты была замужем, – ты была «как все»?

- Понимаю, о чем ты, - конечно, далеко не все женаты, - но я не люблю обязаловки, стандартов, рамок...

- Значит, по-твоему, любовь не предполагает брака?

- Если она не должна превратиться в навязанную привязанность, притупиться, стать «братско-сестринской» или дружеской, то нет, - не предполагает. Потому что любовь не может быть без секса.

- А кто тебе сказал, что в браке любовь без секса?

- В браке скорее уже секс без любви, Дав. Без той, нарядной, первоначальной, как у нас с тобой по сей день.

- Так любовь без секса или секс без любви?

- Дав, нелепое сочетание того и другого, если угодно. - Агнесса нервно погасила и помяла окурок в пепельнице. - Что это за любовь, если секс в ней как рутина? И что это за секс, если там уже не та любовь?

- Ты ведь не хочешь, чтобы я стал это объяснять своим? – усмехнулся Давид.

- Да, - и еще: ненавижу быть обязанной кому-либо что-то то объяснять.

- Ты фантазерка, но опустись на землю...

- Я типичный представитель своего зодиакального знака, и твоего, кстати, тоже. Ты должен понимать меня с полуслова.

- Я понимаю, дурашка... Но я все же не такой «воздушный» как ты! – Давид, наконец, крепко обнял ее, прижав к себе, и, кажется, смирившись – возможно лишь на время, - с ее доводами.

Арминэ, будучи в последнее время особо не в силах выносить разлуку с Давидом и неясность в их отношениях, решила воспользоваться своей дружбой с Ашотом и якобы навестить его. Она надеялась застать Давида дома, но, узнав, что тот сегодня с Агнессой, - еле скрыла досаду и разочарование. Однако, поскольку визит уже нанесен, его следовало провести и завершить, посидев с Ашотом хотя бы полчасика. Дальнейшие события – к огорчению Арминэ, которое ее одновременно слегка удивило, - и к удивлению Ашота, которое его одновременно развеселило, - показались бы весьма неожиданными и странными всем, кто знал даже самую малость об истории их отношений.


Продолжение следует
Reply With Quote
Old 07.08.2011, 09:09   #28
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Дело в том, что Ашот, предложив Арминэ угощения, уселся напротив нее и принялся рассуждать о поведении... Давида.

- Я не одобряю того, что он собирается сделать. Он сам не понимает, что все портит и ломает.

- Что «портит и ломает»? – насторожилась Арминэ.

- Он пошел предлагать Агнессе пожениться. Да-да, так и сказал: мы уже неправдоподобно долго встречаемся – пора и честь знать.

Арминэ, бледная, с окаменевшим лицом, уставилась на Ашота, ожидая его дальнейших рассуждений на «заданную» тему.

- Что «портит и ломает»? – повторила она свой вопрос с точностью до оттенков интонации – будто открыв тот же звуковой файл.

- Свои же чувства, да и ее тоже. Ты думаешь, между ними все будет так же красиво и гладко, как сейчас – если они поженятся и станут жить вместе?

- А... почему ты в этом сомневаешься? – Арминэ явно хотелось услышать от Ашота, - которого она всегда считала очень наблюдательным и хорошо разбирающимся в людях, - что-нибудь «обнадеживающее» об отношениях Давида и Агнессы. – Разве мало браков, которые не распадаются?

- Во-первых, я не сказал о распаде, – я лишь сказал о стопроцентном дауншифтинге. Во-вторых, речь не столько о Давиде, сколько об Агнессе. Насколько я успел ее узнать, она не из тех, кто создан для стандартной семейной жизни. Мне почему-то даже кажется, что она ему откажет. Хочешь, поспорим?

Арминэ, разочарованная объяснениями Ашота, окончательно сникла, подумав о том, что Агнесса, возможно, и отказала бы Давиду, если бы между ними не состоялся тот разговор возле школы. Теперь же, когда Агнесса почувствовала вкус возможной потери, она может и не решиться на отказ.

- И ты думаешь, что она ему откажет?

- Я в этом практически уверен. Это тот же тип женщины, что и «котенок» из твоего файла. Слушай, кстати... ты так и не узнала, кто эта женщина? Неужели в Солане армянка с такими данными может затеряться среди своих?

- Да нет, я не знаю ее, - а тебе-то она зачем?

Удивившись и в то же время веселясь своей «свободе» в общении с Арминэ, - одно присутствие которой совсем еще недавно вызывало у него восторженный трепет и напряженное «матримониальное» оцепенение, -ах, эта Америка! Как скоро она меняет людей, делая их свободными почти от всего, что не имеет практического значения! – Ашот смело и честно, -хотя и кратко, - ответил:

- Мне интересно увидеть эту женщину и пообщаться с ней.

- Знаешь, мне тоже, но... никто про нее ничего не знает.

- Дикость какая-то! Жаль, что там даже имя ее вычислить невозможно! – с досадой воскликнул Ашот.

- Значит, тебе нравится эта женщина тем, что она похожа на Агнессу? – кокетливо улыбнувшись, спросила Арминэ, - я почему-то привыкла думать, что у тебя другой вкус.

- Не помню, Армин-джан, говорил я это тебе или нет, но я считаю, что есть тип женщин, которые вне вкуса и вне оценки, - они просто универсально привлекательны, - для девяноста девяти и девяти десятых процентов гетеросексуальных мужчин!

- А я – для какого процента мужчин привлекательна? – продолжая играть в капризное кокетство, осведомилась Арминэ.

- Ты? – Ашот беззвучно рассмеялся, и его лицо сделалось ласковым и снисходительным, - Есть такие женщины, которые просто-напросто созданы для одного единственного человека на Земле. Ну, или для такого редкого типа людей. Это другая крайность. Так что, милая моя, ты бы понравилась только небольшому проценту определенно настроенных и определенно воспитанных людей, к которым я отношу... относил и себя тоже.

- Относил? – Арминэ повторила это слово и с удивлением почувствовала, как у нее резануло где-то в груди от мысли, что Ашот уже не относится к ней по-прежнему.

В разговоре возникла пауза, и Ашот, прищурившись, потянулся за сигаретой,в то время как Арминэ, смакуя и оценивая свою реакцию, была полна возмущения и разочарования. Как же она может рассчитывать на ответные чувства совершенно равнодушного к ней Давида, если даже пылкий воздыхатель Ашот смог к ней охладеть, увлекшись женщиной, «похожей на Агнессу»?

- А если бы я вела себя так же, как Агнесса или этот «котенок» - ты бы разве не счел меня распущенной?

- Армин-джан! – назидательно возвестил Ашот, отбросив зажигалку, - кесарю-кесарево, Богу-Богово.

- Что?

- Ну, могу и по-другому сказать – «зачем корове седло?». Ты хороша именно такая, какая есть, - а если бы ты стала повторять чужие манеры и стиль... – он пожал плечами, - иногда это срабатывает, но это очень тонкая игра, и она требует умения, правильных ставок и установок.

Последние несколько слов Ашот сказал по-русски, и это придало особую торжественность и весомость его мыслям, заставив Арминэ невольно поймать себя на том, что именно правильных ставок и установок она и не сделала при попытке завоевать Давида, копируя предполагаемое поведение «котенка».

- Поэтому, - продолжал Ашот, - если бы ты вдруг стала вести себя как Агнесса или «котенок», то не вызвала бы у меня ни восторга, ни умиления, а наоборот... в лучшем случае – недоумение.

- А в худшем?

- Пойми, Армин-джан: то, что эффектно и неотразимо у одних, выглядит навязчиво и противоестественно у других. Это целая наука, целая школа, - как без ошибок и без нелепостей сменить образ действий и имидж вообще. А если делать это абы как, то можно наломать кучу дров по пути...

Разговор с Агнессой Давид решил продолжить в спальне, когда она будет в особом состоянии нежной истомы и «обмякшей ублаженности», - он привык считать, что в эти короткие минуты женщины более податливы и сговорчивы.

- Дурашка...

- А? Что такое, любимый?

- Давай-ка мы сделаем вот что... я просто надену тебе кольцо, - и мы не будем пока говорить о женитьбе. Просто пусть всем будет ясно, что мы обручены.

- Кольцо... а тебе?

- Ну, и мне тоже...

- Ух ты!

- Ага... и никто больше не станет приставать ни ко мне, ни к тебе, правда?

Расхохотавшись, Агнесса обняла Давида, и он понял, что практически «спасен». Сама же Агнесса была рада лишь тому, что о женитьбе пока не идет никакой речи. Принц по-прежнему занимал наиболее важное место во всех ее помыслах, желаниях и порывах. Она не могла припомнить ни одного случая в своей жизни, чтобы мужчина вызывал в ней столь глубокое и столь долговременное чувство вожделения и болезненной, перманентной, чуть ли не истеричной страсти. Бывало такое и с мужем, и с Давидом, - но не столь долго и не столь мучительно - видимо, из-за того, что их она видела чаще, и они были у нее «в кармане» - в отличие от Принца, который «навеки повязан» с другой женщиной. Агнесса уже привыкла к своему состоянию, и почти не обращала внимания на факт «лицемерия и неискренности», которые объективно сопровождали ее отношения с Давидом, ибо субъективно она никоим образом этого не ощущала, прекрасно сочетая в себе вожделение и нежность в отношении Принца и добрые, подкрепляемые давней близостью и личностной привязанностью чувства к Давиду. Даже спать с ним в последнее время стало вполне терпимо а порой даже и приятно для нее, – в отличие от того, что было до разговора с Арминэ. Более того, она с каждым днем укреплялась в мысли, что не столько не желает потерять самого Давида, сколько отказывается уступать его кому-либо, тем более, когда возникла ситуация соперничества. Чертовы самолюбие и эгоизм, которые она так насмешливо и высокомерно осуждала в других, и с которыми никак не могла справиться сама!

На другое утро Арминэ подловила Давида на парковке и, не дожидаясь его неприветливой тирады, произнесла полуиздевательским тоном:

- Ну что, Дав, тебя можно поздравить?

- С чем? А, да, поздравь меня. Я женюсь на Агнессе.

Глаза Арминэ наполнились слезами, но она, преодолев себя, тряхнула короткой густой шевелюрой и дерзко вскинув голову, спросила:

- А Седа? А развод?

- С этим я разберусь. Главное, что Несс согласна быть со мной.

- Ты знаешь, как мне больно все это слышать? Давид, ответь мне на один вопрос. Есть ли на Земле женщина, которая любит тебя дольше, чем я? Есть ли такая, которая свернула бы горы, чтобы только жить в одной стране, в одном городе с тобой? Через что мне только не пришлось пройти, чтобы добиться этого, ты ведь даже не знаешь!

- Ну, я примерно представляю... - Давид осекся, встретив ее голубой, влажный взгляд, - Извини, Арминэ-джан, но твои глупости – это только твои глупости. Я не обязан под них подстраиваться. Не знаю, что еще тебе сказать.

И, чуть ли не вприпрыжку подойдя к двери своей машины, он стремительно уселся на водительское сиденье, и через несколько секунд машина уже исчезла из поля зрения Арминэ, которая, постояв с минуту, направилась было к своему автомобилю, когда увидела, как из Приуса, припарковавшегося у здания, где живет Агнесса, вышел броский молодой человек замечательно высокого роста и стал озадаченно прохаживаться и высматривать вход в здание, будто пытаясь сориентироваться. У Арминэ возникло необъяснимое и непреодолимое ощущение давнего знакомства с этим человеком, - она будто уже знала о его росте, о его «нордической внешности», о его больших чувственных губах, «аппетитно врезающихся в щечки», о его глазах, «мерцающих васильковым любопытством», а также о «младенческом очаровании», которое, как писала «котенок», вызывает у всех женщин материнский инстинкт и желание покормить и приласкать. Не веря своим глазам, Арминэ начала движение в сторону Приуса, будто ноги сами несли ее независимо от ее намерений. Бросив короткий взгляд на неестественно медленно двигавшуюся в его направлении девушку, молодой человек юркнул в ворота, открытые изнутри пожилой парой жильцов, весьма вовремя вышедших прогуляться.

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 09.08.2011, 09:40   #29
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Суетливо копаясь в сумочке, Арминэ нащупала, наконец, телефон и стала набирать номер.

- Ашот! Ты уже вышел на обед? Нет еще? Слушай, я сейчас видела Принца! Это точно он, - ты сам убедишься. Таких нет больше, чтобы настолько совпадали с описанием! И потом – я просто шестым чувством это как-то поняла. Да вот здесь, на Лаурел-Авеню, напротив плазы! Понятия не имею. Да, только поскорее!

Лена, позавтракав с Агнессой и распрощавшись с ней, когда та вышла по делам, решила остаться и убрать посуду. Услышав звонок в дверь, Лена решила, что, вероятно, Агнесса забыла ключи и вернулась за ними. Каково же было ей увидеть на пороге Принца!

- Привет, красавица, - как-то обыденно, словно с давней знакомой, поздоровался он, - меня зовут Стэн, я пришел к... Агнессе... Я правильно произнес ее имя?

- Да, она живет здесь. - Лена растерянно улыбнулась, не в силах скрыть смущение и восторг.

- Скажи ей, что у меня мало времени, и я просто хочу увидеться с ней на пару минут.

- Странно, что вы разминулись, - заметила Лена, слегка оправившись от потрясения неожиданным визитом, - она ведь только что вышла... хотя она, видимо, пошла по другому коридору – к подземному паркингу...

- О, спасибо я попробую ее там найти.

- Ну, если не найдете, позвоните ей... у Вас есть ее телефон?

- Звонить ей бесполезно, она никогда не отвечает, во всяком случае, мне.

- Да нет, это просто она звук постоянно отключает, а вибрирование не всегда чувствуется, особенно, если телефон в сумке, - горячо восклицает Лена, словно пытаясь продлить разговор.

- Так в какую сторону мне нужно? – чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, спросил Стэн.

- Это вот тут, левее, потом вниз по лестнице, и там будет вход в паркинг. А что ей передать, если Вы ее не застанете? – кричала Лена ему вслед.

- Скажи, что я был в Солане на интервью по работе, но потом мне нужно было срочно возвращаться в Фуллертон. Пока!

Принц, однако, не успел вовремя попасть на подземную парковку, и, не застав там уже никого, он был вынужден проделать обратный путь через здание, чтобы вернуться к уличным стоянкам. Он коротко поздоровался с молодой парой, сосредоточенно изучавшей его авто, и, не сказав ничего больше, сел за руль и уехал.

- Ну что скажешь, Ашот-джан? Можно верить моей интуиции? – улыбалась Арминэ.

- Похож, похож, - ответил Ашот, - жаль, что я вовремя не сообразил разговорить его...

- Но он явно слишком торопился, он был закрыт для разговоров.

- Да, но у нас уже достаточно данных: номерной знак с фуллертонской дилерской фирмой, да еще эти детские сиденья, - у него явно есть маленькие дети.

- Да он, это он! С абсолютной точностью могу сказать! – воскликнула Арминэ.

- Так что он мог тут делать? Ну, явно ошибся адресом, потому что слишком скоро уехал. Да и вообще, судя по документу, они расстались с котенком как минимум пару месяцев назад, так? Что ему еще делать в Солане?

- Приехал намылить шею Агнессе за то, что она разослала его тайную переписку всему Интернету, - пошутила Арминэ, и они весело рассмеялись.

- Ну что, поехали, пообедаем, – предложил Ашот, и они направились к плазе, где помимо магазинов и офисов, расположилось несколько кафе и ресторанов.

У Лены же была назначена встреча с врачом, за которую она должна была заплатить полную цену наличными, ибо у нее не было ни вида на жительство, ни страховки. Она собиралась в этот же день, заполучив справку о беременности, объявить о будущем ребенке всем троим потенциальным отцам, которые понятия не имели о существовании друг друга. Впрочем, с двумя из них были использованы защитные средства, и Лена была практически уверена в отцовстве третьего. Однако, поскольку даже с защитными средствами – если не использовать их по всем правилам, - беременность не исключена, Лена была готова смело объявить о своей беременности всем троим: и дантисту, и сержанту, и студенту. К последнему она испытывала наибольшую симпатию, - да и внешне он ей нравился больше, чем двое других, которые были постарше и менее привлекательны. Однако, симпатия эта не предполагала беззаветной и безумной страсти, - у Лены была лишь одна цель: закрепиться в Америке и, таким образом, не быть вынужденной рано или поздно возвращаться в Россию. Что же касается материальной стороны вопроса, то, конечно, дантист был наиболее выгодной партией. Брак же с сержантом сулил ей периодическое долговременное отсутствие мужа дома, бесплатное жилье, медицинскую страховку, скидки в лучших магазинах и, главное, льготное обучение практически в любом вузе. Проблема была лишь в том, что ни с кем из потенциальных мужей Лена так и не говорила о своей визовой ситуации, и она не имела никакого представления о том, как каждый из них прореагирует на сообщение о будущем отцовстве. Именно это – реакция на беременность – и послужит для нее отправной точкой к решению о том, кого же из них продолжать «обрабатывать», оставив двоих других в стороне.

Я пока не сообщил котенку о своих планах переехать в Солану. Уверен, что наиболее уместным будет сказать ей об этом постфактум, когда все решится окончательно. Она наверняка будет рада и счастлива, и я смогу видеть ее так часто, как захочу! Однако, поскольку сегодняшнее собеседование прошло не в самой многообещающей обстановке, да и босс, как я успел понять, гей, - я не особо рассчитываю на результаты сегодняшней поездки в Солану. Других же откликов на мои заявления пока не поступало. Поэтому я не оставляю идеи встретиться с котенком в Ла Реконкисте в ближайшее время. Я искренне надеюсь, что чем больше мы будем встречаться, тем слабее и обыденнее станут мои чувства к ней, и я буду способен управлять ими, не вызывая никаких подозрений и нервных срывов у Шэннон. Одному Богу ведомо, как мне уныло и тоскливо рядом с ней, да еще при мысли о будущем ребенке. Бедное, ни в чем не повинное создание! Я уже люблю его, – но именно жалость и досада за то, что эта беременность была незапланирована и нежелательна – по крайней мере для меня – и подпитывают эту любовь, и я не считаю это нормальным. Я понимаю, что глупо и неправильно жить двойной жизнью, но мне кажется, я все-таки заслуживаю несколько счастливых минут в стороне от всего этого безумия, которое мне как-то странно и незаметно навязала Шэннон за несколько лет нашего брака. Котенок говорит, что я наверняка любил Шэннон, раз женился на ней. Я же не уверен, что мне вообще знакомо это чувство... я слишком эгоистичен и легкомыслен, чтобы впасть в него. Всегда, находясь с девушками, которые мне очень нравились, я скорее получал удовольствие от их восторга, их чувств, их привязанности, - это было лестно, и мое самолюбие просто купалось в лести. Других чувств я просто не знал. Любовь же, проявляемую по отношению ко мне, я принимал как ни к чему не обязывающее должное, а страдания девушек – как их собственные проблемы, вызванные их же глупостью. Я был всегда добр, ласков, практически безотказен, и я не понимаю, что их всех так расстраивало. Не думаю, что они были бы довольны, если бы я просто выбрал одну из них и замкнулся лишь на ней. Я же был доступен всем и во всем, кроме, конечно, долговременных серьезных отношений.

Что касается женитьбы, то, как это часто бывает, «глубоко продуманный подход» дал прямо противоположные результаты. Что-то в этой жизни смолоду научило меня не особо доверять красивым и образованным девушкам. Большинство из них, как показывал опыт моих молодых лет, – стервы и зазнайки. Они хороши постели, хороши для ни к чему не обязывающих встреч, и у меня никогда не было проблем с ними. Когда же мне исполнилось тридцать, девушки стали просто гроздьями виснуть на мне с предложениями o женитьбе, - будто чувствуя, что я сочту этот свой возраст поворотным. Я выбрал самую спокойную и неприметную из них. Женитьба – дело серьезное. Мой выбор поверг в шок не только моих поклонниц и друзей, но и мою семью. Мой старик, когда я объяснил ему свой выбор, покачал головой и с грустной улыбкой заметил, что чем тише воды, тем глубже они текут, - но я – из глупого упрямства, - сделал по-своему. Между мной и братом Робертом так до сих пор продоложается негласная конкуренция в борьбе за звание паршивой овцы в семье. Я лично считаю таковой себя, так как несмотря на «состоявшуюся» семейную жизнь, не чувствую себя счастливым и довольным. Роб же, не имея ни семьи, ни детей, счастлив и доволен. В общем, мы дополняем друг друга в паршивости. Он к тому же дико романтичен, и так ни разу и не женился именно потому, что «не нашел свой идеал». Помню, правда, как я – неожиданно для самого себя, - был взбешен по поводу его соответствующего замечания о котенке, когда та появилась среди моих друзей в социальной сети. Сам я редко там бываю, но мы с котенком решили наладить и эту линию контактов. «Как-то эта молодая леди не вписывается в круг твоих быдловатых подружек по сети» - заметил Роб на другой же день после ее появления в моем списке. Впрочем, с этим было трудно не согласиться, и не за это я рассердился на брата. Просто потом он спросил, не замужем ли она, потому что ему она кажется тем самым долгожданным идеалом. Я мог бы поклясться на Библии, что впервые в жизни ощутил непреодолимое чувство собственничества и необъяснимого опасения – даже не опасения, – реального страха! – что котенка может увлечь кто-то другой. Смешно и бессмысленно, особенно, при моей семейной ситуации, - но это так! Это была не та моя юношеская ревность, основанная только на самолюбии и чувстве соперничества. Здесь у меня возникла реальная боязнь настоящей личностной потери, катастрофы, краха. И, едва допустив предательскую мысль о том, что вот, наконец, к сорока годам ко мне пришло настоящее чувство любви, я трусливо решил погасить его в себе. Я общался и общаюсь с котенком, не говоря ей и десятой доли того, что на самом деле чувствую и желаю. Я вообще не привык распускать сопли, но никогда раньше мне не хотелось этого так сильно, как теперь. Я стал сентиментален, но мне удается сохранять внешние признаки своего привычного состояния себялюбивого пофигиста.

Продолжение следует
Reply With Quote
Old 14.08.2011, 09:27   #30
Вредительниц
 
BagirkaN's Avatar
 
Join Date: 03 2006
Location: San Diego, USA
Age: 46
Posts: 4,793
Downloads: 2
Uploads: 0
Blog Entries: 1
Reputation: 550 | 4
Default

Агнесса просто физически не имела времени полноценно пользоваться социальной сетью, поэтому, бывала там редкими наскоками и по особым уведомлениям. Когда ей пришел запрос на знакомство от пользователя с совершенно непонятным, наверняка вымышленным именем, она поначалу растерялась и стала разведывать его контакты. Поняв, что никто и ничто не объединяет ее с этим юзером, она отсрочила подтверждение. Через несколько дней запросчик написал ей сообщение, в котором просил ее если не добавлять в свой список, то хотя бы просто поговорить. Обратив внимание на то, что собеседник живет на противоположном побережье, Агнесса выразила недоумение столь настойчивым его желанием общаться на таком расстоянии, на что тот заявил, что впервые за свои сорок с лишним лет чувствует в ней неповторимо единственную подходящую себе женщину. Давно привыкшая к самого разного рода комплиментам и даже уставшая от них, Агнесса все-таки была польщена, поскольку она была всего лишь женщиной, - а для них – даже для самых умных - комплименты всегда уместны, - даже самые нелепые. Дополнительную интригу в ситуацию внес для Агнессы тот факт, что этот юзер наверняка практически не знал ее как человека, собеседника и друга, и тем ценнее был его комплимент, и тем более проницательным и чувствительным он ей казался. Он, судя по всему, не был интернет-персоной, так как даже единственное фото в его профиле представляло собой какую-то нерелевантную картинку. Не имея ни малейшего представления о внешности нового собеседника, Агнесса тем не менее заинтересовалась его личностью. Больше всего удивил ее тот факт, что она была способна вообще чем-либо заинтересоваться при столь неуправляемой и неутоляемой влюбленности в Принца и столь запутанной ситуацией с Давидом, который «надел на нее кольцо».

Будучи убежденной приверженкой теории о том, что ничто в этой жизни не происходит случайно, Агнесса дала шанс развиться этому диалогу, и в общем-то не пожалела. Собеседник обладал чувством юмора, широкими познаниями во многих областях, включая экономику, политику, а также эзотерику и иже с ней, и единственным, что, пожалуй, вносило определенный дискомфорт для Агнессы, было обыкновение Ветра (под таким именем он и был зарегистрирован в социальной сети) время от времени горячо признаваться в любви и осыпать ее изысканными комплиментами, часто в поэтической форме или в виде строчек из разных известных и не очень песен. Она тем не менее никак не реагировала на эти излияния, и посему через пару сообщений они уже снова говорили о чем-то отвлеченном. Тем не менее, считая Принца своим доверенным лицом, она то и дело делилась с ним некоторыми изысками от Ветра, и, конечно же, львиную долю этих сообщений составляли комплименты и любовные признания.

- Ты представляешь, что мне написал мой новый знакомый из социальной сети? Вот, полюбуйся, копирую.

- Ты считаешь нормальным для приличного человека писать такое незнакомой женщине, которая его в глаза не видела?

- Но ведь красиво, поэтично!

- Да это типичный туфтеж закоренелого романтика, у которого наверняка нет и никогда не было в жизни других забот кроме как упиваться своими своими фантазиями и культивировать свой романтизм.

- Стэн, ты слишком категоричен!

- Я уверен, что он рассылает это многим другим женщинам, а потом блаженствует от того, как они тают. Что ты с ним связалась? Уж о твоем-то детекторе лажи я был весьма лестного мнения!

- Может быть, я нахожу в нем то, чего мне недостает от тебя?

- Тебе всего достает от меня! И вообще, как насчет того, чтобы встретиться? И предупреждаю, я не желаю слышать никаких отговорок! Даже если ты слегка не в порядке – мне все равно! Завтра! Ты знаешь, где...

Не будучи согласной с Принцем в его мнении о Ветре, а также делая Принцу скидку на том, что он, вероятно, просто ревнует, Агнесса продолжала общаться с Ветром, и в какой-то момент, когда он целый день не появлялся в сети, она поймала себя на том, что ей чувствительно недостает его посланий. Кроме того, ее сильно интриговало его упрямое нежелание прислать свое фото, несмотря на ее многочисленные просьбы. Допустить мысль о том, что он попросту непривлекателен, Агнесса не только не хотела, но даже и не могла, так как интуиция подсказывала ей совершенно иное.

- Ну все, завтра мы, наконец-то увидимся с моим Принцем, и кто бы только мог представить, как я по нему соскучилась!!! – воркует Агнесса, не в силах скрывать свое возбуждение при укладывании вещей в сумочку.

- Да уж, вот теперь я тебя понимаю лучше, чем в прошлые разы,- весело заметила Лена, - ради того, чтобы переспать с таким хоть раз, – уже стоило появиться на свет!

- Лена, ты ли это? – бросив на подругу короткий взгляд исподлобья, мрачно заметила Аня.

- Ань, Агнессу задушить нужно за то, что она нам толком его не описала!

- Не поняла, за что? – усмехнулась Агнесса.

- Ты почему не предупредила нас, что твой Принц – это просто... ах, ну просто бэбичка и... ангел во плоти! Правда, я его так и не потрогала, так что насчет плоти даже не уверена.

- Я ведь говорила...

- Говорила! – весело передразнивает Лена, - мало ли что говорит влюбленная женщина! Ты должна была это все время повторять, потому что... ну да, на фото невозможно увидеть, как у него глаза пыхают. Это же просто лазер какой-то!

- Успокойся, Лена, что с тобой? – ворчит Аня, - Ему ведь под сорок...

- Да я же не замуж за него собралась, - хотя если хочешь знать, он выглядит на двадцать пять, ну на тридцать, если с натяжкой, - я его видела вот как тебя сейчас!

- И к тому же ему не нравятся блондинки! – добавила Аня.

- Как? Откуда эти сведения? – И Лена с наигранным возмущением, уперев руки в талию, - все еще девственно стройную, - уставилась на Агнессу, - почему я этого нигде не читала?

- Видимо над этой частью работала Аня, - рассмеялась Агнесса.

- Да, я работала над этой частью.

- И что конкретно он писал? Может быть, ты не так поняла? – не унималась Лена.

- Он писал, что его сводят с ума женщины с темными волосами, то есть, по сути, ничего особенного про блондинок. А, нет, там было еще, мол что если у него они и были, то только в виде исключения, и эти случаи как раз напрочь отбили у него всякую охоту к дальнейшим с ними встречам, - отчеканила Аня так, будто зачитывала текст на радио.

- Скажите пожалуйста, какой избирательный! – искусственно надув губки, ворчит Лена, - но он наверняка знает, что русские девушки – самые красивые на свете!

- Да, я ему говорила про это как раз в той же ветке беседы, - вставила Агнесса, - но он заявил, что на его взгляд, это неправда.

- Вот подлец! – веселилась Лена.

- Не то слово, - сволочь! А когда я стала настаивать, он заявил, что это типичный туфтеж.

- Да я его придушу! Ох уж эта мексиканская реконкиста! Теперь-то я соображаю, насколько далеко она зашла, если такие парни пропадают!

- Ну такой у человека вкус, – простодушно объясняет Аня, - мы еще его жены не видели – боюсь, что и она весьма и весьма на любителя.

- Ну, а где вы видели нормально выглядящую мексиканку? – высокомерно усмехается Лена, - Только в кино... В жизни я не встречала ни одной.

- Да кто их знает... – осторожно мурлычет Агнесса, - эмигрируют-то оттуда не самые благополучные, а какая у них ситуация с социальным расслоением, ты сама знаешь. Все богатые – типа не имеют ни единой капли местной крови, у них все сериалы на эту тему. Там по внешности судят – чем светлее, тем более вероятно, что богат или из обедневших идальго, или чей-то там внебрачный... Так что, мало ли кто мог сюда эмигрировать, - ну не мог же он выбрать себе в жены прям совсем никакую!

- Ну, увидим как-нибудь, надеюсь... – вздохнула Лена, что явно предвещало смену темы для разговора.

- Расскажи лучше, как твои кандидаты в мужья поживают... – Агнесса угадала направление мысли подруги.

- Все сложно, Несс, - Лена сделала трагичное лицо, - они все, - все! – предлагают пожениться! – и она громко рассмеялась, оглянувшись на Аню, которая, судя по всему, уже слышала ее рассказ, и теперь, натужно улыбаясь, готова была выслушать его еще раз, - Ты представляешь, в какой я идиотской ситуации? Я ведь должна буду двоим из них по какой-то загадочной причине отказать! И они ведь не перестанут общаться со мной после этого, - и выяснится, что я вдруг вышла замуж за другого...

- Погоди, Лена, а почему ты сказала об этом двоим другим, если первый же предложил пожениться? – прищуривается Агнесса.

- Да это же американские тормоза, - они ж не в первую минуту это предложили! Первый, Даг, замялся сначала, весь побагровел, стал тревожно так оглядываться по сторонам, будто он раздетый, спрашивать меня, уверена ли я, разглядывать меня в поисках огромного живота и так далее, и ни слова до следующей нашей встречи. А неопределенность в такой ситуации повергает в панику, и я просто не могла на другой же день не поговорить со вторым, Тони, а этот вообще... стал чуть ли не материться, - ну, не на меня, конечно, на ситуацию как таковую, мол что за хрень, какого черта, как это вообще могло произойти, если мы были предельно осторожны... Ну, я как бы сразу тогда сникла и говорю ему, мол не переживай, тебя мол это ни к чему не обязывает, - а в душе сами понимаете что творилось. И он тоже – только на третий день позвонил и предложил встретиться, чтобы сказать о женитьбе... А я-то ведь к тому моменту уже и Алексу все рассказала. Ха-ха-ха, представляете, что теперь за бардак теперь будет?

Продолжение следует
Reply With Quote
Sponsored Links
Reply

Thread Tools


На правах рекламы:
реклама

All times are GMT. The time now is 10:43.


Powered by vBulletin® Copyright ©2000 - 2017, Jelsoft Enterprises Ltd.