Кружным путем

[drblack]

- Но, но! – Василь шлепнул пегую кобылу пятками. – Почто застоялась?
Рядом трусил местный, ничейный пес, отзывающийся на клички начиная от Шарика, заканчивая Трезором. Василь кликал его еще проще – «Эй ты!».
В сегодняшний вечер, после работы на колхозном поле, потом еще и по дому, Василь как обычно избрал наиболее доступный способ отдыха. Взгромоздился на старую кобылицу Машку, да просто отправился кататься. Вечерний воздух пах духотой и сеном, и готовился превратиться в свежий, ночной. Багроветь стало небо, вместе с ним стали темнеть густые шапки деревьев, и принялись прятаться в тени старые тропинки. Привычная ко всему Машка резво топала по пыли, иногда всхрапывая и с интересом присматриваясь к сочной, по ее мнению, травке. Всякие попытки заставить ее шевелиться чуть активнее заканчивались ничем, лошадь непокорно мотала головой, иногда оглядываясь на хозяина, и словно говоря «Сбрендил? Я тебе не скакун, сиди смирно и наслаждайся прогулкой».
Направлялись они на речку. Ну чем не красота, побултыхаться в ставшей за день теплой водичке, пофыркать, поплескаться, а потом чистыми и отдохнувшими отправиться обратно в деревню? Одним словом – здорово. От предвкушений улыбнувшись, Василь выбил из пачки папиросу и с наслаждением затянулся. Нет, городским этого не понять. Сначала навкалываться на поле, потом, по приходу, облиться ведром воды из колодца, немного перекусить, и отправиться встречать вечер на реку! Вот где счастье!
И не надо никаких интернетов (вот же выдумали беса себе на голову!), никаких клубов и прочего. А если хочется совсем душевно, то можно к Васильевне заглянуть, да купить душистого самогона…
Мысли текли неспешно, словно вровень с опускавшимся солнцем. Василю было радостно и хорошо. Пес с мультикличкой Эйты иногда отбегал в сторону, чтобы принюхаться к какому-нибудь покосившемуся столбу, и с чистой совестью задрать перед ним лапу, приподнимая настороженно драное правое ухо. Духота вывалила его язык, из-за чего он казался улыбающимся и умиротворенным, впрочем, как и все вокруг. Вот и ласточки иногда пикировали к самой дороге, в погоне за жуками и всякой иной мелкой живностью. Значит, скоро будет дождь. А это совсем славно, Василь просто обожал, когда выныривая из теплой воды, ему на макушку падали крупные дождевые капли, и удивленная морда Машки сообщала «Как это? Вода и снизу и сверху?».
Трезор снова поднял свое сторожевое ухо и втянул в пасть язык, остановившись в нескольких шагах дальше. Небось почуял зайца. Потом коротко тявкнул и посмотрел на Василя. Машка остановилась и тоже повела ушами, словно предупреждение какое услышала. Тем временем солнце показывало свой меньший бок, утекая за горизонт, и, прощаясь, красило ближайшие облака в темно красный цвет. Что они в такой благодати могли учуять? Парень нетерпеливо пихнул лошадь пятками:
- Ну? Чего встала? – Машка только всхрапнула в ответ, но даже не повернула голову, пожевывая заменяющую узду веревку. – Эй? Ты чего это?
Беспородный пес, на удивление, вдруг воздел вверх и второе ухо, изобразив что-то похожее на стойку гончей, и снова тявкнул. На этот раз громче. Кобыла переступила с ноги на ногу и встала.
- Да что с вами? – всполошился Василь. Обычно так себя они ведут, когда близко волки. Но такого зверья в округе не водилось уже уйму лет. – Что такое?
Откуда-то издалека потянулся ветерок, а вместе с ним и гул. Такой противный, из тех, что сидят где-то на грани сознания, не давая сосредоточиться и точно уловить откуда он идет. Мерзопакостный такой…
Теперь уже насторожился и Василь. Машина чтоль? Непохоже. Да и поезда по железной дороге с другим звуком ходят. Может самолет? Нет, кукурузники по вечерам не летают, да и жужжат они по-особому, надсадно так, будто собираясь вот-вот клюнуть носом в землю.
По верхушкам деревьев прошелся шепоток. Потом шепоток этот потусторонне пробежался между лопаток. Эвон оно как! Что за напасть такая?
Гул усилился, дребезжа на грани комариного писка и котовьим сердитым урчанием. Сзади, в деревне, дворовые собаки подняли гвалт и шум, немедленно к ним присоединился и Шарик-Трезор-Эйты, оглашая окрестности заливистым лаем. Вот это уже серьезнее!
Василь нащупал на боку хворостину, и щелкнул Машку по крупу, поворачивая назад. Неизвестно что это, но лучше бы домой податься. Ветер усилился, пригибая не скошенную еще траву к земле, и зловеще стал посвистывать. Пес, не переставая лаять, принялся прятаться, читай путаться, под ногами лошади, иногда переходя на визг.
Не успев сделать совсем ничего, даже просто приготовиться, Василь оказался оглушенным – неизвестный звук совершенно без предупреждения и предисловий оказался рядом. Над головой и справа и сбоку, выводя исторгающие душу трели. К прошлому гудению еще добавился отвратительный скрежет мела по доске, и что-то еще, не поддающееся описанию. Все, включая и Машку и Шарика, пригнулись и испуганно дернулись в сторону обочины.
Когда же пугающий звук достиг своей максимальной силы, над деревьями показался белый, ослепительный, почти как солнце в зените, шар. Летел он медленно, примерно с той же скоростью, что скачет по ухабам Нива главного агронома.
Невелик это шар был. Всего-то с трактор размером, может больше чуть. И летел в сторону полей, засаженных пшеницей, вот-вот уже убирать станет пора.
От увиденного, услышанного, и прочего невероятного, Василь сначала обомлел, да так, что едва не свалился с Машки, потом помотал головой в светлых кудрях и нахмурился. Это что же получается? УФО – вспомнил он мудреное слово, что слышал по телевизору! А где этот УФО, там и круги на полях! А где круги эти, там и городские незамедлительно появляются, вооруженные всякими приборами и безумным блеском в глазах! Появляются, и изучать начинают, ползая по пшенице, как мыши, хлебая самогон и забывая тушить костры.
А за ними, с разницей в день, появляются джипы с какими-то серьезными дядьками, в полевой армейской форме, и тоже с приборами. И те и другие начинают ссориться и…
Короче ничего хорошего! Вот уже пяток раз эти круги появлялись. У Семеныча например, местного фермера. Он сначала сдуру сообщил куда следует, потом каялся и все следующие круги своими силами затаптывал, или трактором объезжал, не жалея урожай. И верно, все эти городские только урон несут.
Что делать? Звать никого не стоит, все равно не успею, подумал Василь, пятерней расчесывая затылок. А и ладно! Сам посмотрю, что за невидаль такая!
Тоже обомлевшая и испуганная Машка, безропотно снесла удары прутом по бокам, и понукания пятками и понеслась прямо по полянке, вслед за исчезающим за деревьями белым шаром. Следом, спотыкаясь и подпрыгивая, несся лающий Трезор, не решивший что ему делать – толи бежать в деревню, толи остаться с человеком.
- Хей, хей! – подбивал пятками Василь, почуяв неожиданный азарт. – Давай Машка!
Не уйдешь, кто бы ты ни был! Разберемся, почему на полях наших чудишь! Жаль что не на тракторе, там монтировочка есть, да еще и радиостанция, чтоб в колхоз о случае сообщить. Хотя Василь как-то слыхал, что при появлении таких шаров перестают работать и радио и техника вообще. Машка проскочила резво, будто в молодости, полянку, перепрыгнула через повалившееся дерево, и, не снижая скорости, понеслась между редкими деревьями, не отставая от белой напасти. Видать тоже в азарте, или просто с перепугу.
Летающая тарелка, хотя какая это к бесу тарелку, колобок летающий, круто взял влево, навстречу к оврагу, за которым как раз и начинались пшеничные поля. Эх! Как сразу-то не сообразил! Надо было левее с самого начала брать! Однако Машка сама все продумала, и не послушав хозяина, скакнула правее, туда где овраг совсем узкий и неглубокий был. Ррраз! И на той стороне уже! Ай да умница! Василь, пригнувшийся от бьющих в лицо веток, одобряюще похлопал лошадь по шее.
Недалеко осталось совсем. Скоро поля начнутся, вот прямо после этого ручейка. И действительно, буквально через несколько секунд, преследователи выскочили из перелеска, после чего Машка вдруг решила, что на ее долю уже достаточно приключений, и встала как вкопанная! Василь совершил хитрый кульбит через голову своенравной кобылы, не выпуская из рук веревки, и пребольно шлепнулся об землю копчиком:
- Машка… Сссууука! – прокомментировал парень и охнул. Машка в ответ, извиняясь всхрапнула и понурила голову. После чего вдруг заржала и отпрыгнула в сторону. Приоткрыв зажмуренные от боли глаза, Василь понял причину паники – прямо над ними завис приснопамятный белый шар, только почему-то теперь он совсем не гудел, да и не светил уже так ярко.
Самое отвратительное это то, что круг на самом краю поля уже присутствовал, о чем говорил явственный запах озона, и чуть примятые в пределах видимости колосья. И когда успел появиться? Вроде так спешили! Василь угрожающе ткнул в сторону шара кулаком и скзал:
- Уууу, гад! Опять поле испортил! Ничего, найдем на тебя управу!
Словно в нерешительности, УФО качнулся из стороны в сторону, напоминая гигантский фонарь, моргнул светом и снова завис прямо над парнем. Потом Василь ощутил какое-то онемение, как бывает когда самолет взлетает, сглотнул и, закрыв глаза, помотал головой. Вроде бы помогло… Только как-то странно. Василь совсем не собирался верить своим глазам после странного ощущения, тем более, что увиденное совсем не могло соответствовать действительности. Теперь он больше не был на краю поля, и Машки не было тоже, и безродного пса. Если быть до конца откровенным, то не было вообще ничего!
Ни фига себе шуточки! Кругом только белесый туман, как разбавленное молоко. Мутный и неприятно светящийся. Руки и ноги не шевелились, оставалось только бесцельно вертеть головой в разные стороны, хотя все равно пейзаж кругом не радовал.
- Эй! – позвал в никуда Василь. – Слышите? Назад меня верните!
Ответом ему было молчание, только туман чуть ярче засветился.
- Это не смешно, говорю! – Василь нахмурился.
- Странно. Ты совсем не боишься – констатировал безликий голос из тумана.
- О! Хоть кто-то откликнулся! Это ты чтоль, поля портишь? Давно с тобой всей деревней поквитаться хотим!
- Странно. – опять сказал голос. – Возраст 21 местный год, читал и видел репортажи про НЛО и похищения людей, а все равно не боишься… Почему?
- А чего бояться-то? – Василь хмыкнул. – Будешь бузить, получишь в табло, и все дела. Мы люди простые, особо церемониться не станем. А за хулиганство на полях вообще головомойку устроим! Ты погоди, мы тебя еще поймаем!
- Интересный случай, однако. Обычно взятые с поверхности аборигены испытывают сильный страх, доходящий до ужаса, или непонятно мотивированную агрессию, на уровне звериного рефлекса. А этот индивид, несмотря на низкую информационную подготовку, совершенно спокоен. – голос говорил так, будто рядом с ним находился собеседник. Догадка подтвердилась. В сумрачном ничто раздался еще один голос:
- Интересный человек. Мне кажется, что спокойная и размеренная жизнь притупила в нем чувство опасности, хотя если посмотреть с другой стороны…
- Эй вы! Демагоги! – бесцеремонно прервал Василь. – Что мне сделать, чтобы вы вернули меня на место, а?
- Ты сам стремился сюда. – вполне резонно возразили ему. – Обычно к нам стремятся с вопросами, на которые жаждут ответа. Какой ответ ты хочешь услышать?
- Такой, в котором вы пообещаете больше на полях не гадить. – Парень попробовал пошевелиться. – И почему у меня руки не шевелятся? Уже затекать стали.
- И все? Это все что ты хочешь?
- Все. – подтвердил Василь, и потер запястья. – А полезете на мне эксперименты ставить, дам в глаз. Ну или что там у вас заместо него?
- И тебе даже не интересно кто мы такие? – поинтересовался второй собеседник.
- Неа. Меньше знаешь, лучше спишь. – Василь, несмотря на молодые годы, отличался рассудительностью. – Да и что мне это даст? Неа, неинтересно.
- Тогда мы сами расскажем тебе, чтобы ты понял нашу великую миссию, и осознал необходимость нашего присутствия. Мы представители древнего Разума, который гораздо старше вашей планеты. В поисках подобных вам, мы бороздим вселенную и…
- Понятно, зеленые человечки! – парень кивнул. – А я-то думал, что Петрович просто перепился.
- Нет, не зеленые человечки. – говорящий, похоже, улыбнулся.
- Ну тогда серые. Невелика разница.
- И не серые. Мы вообще не имеем физического воплощения. Тебе, не могущему оперировать терминами высшей математики и физики, мы не сможем объяснить нашу сущность. Впрочем, как и большинству ученых этой планеты. Но ты прервал меня, я продолжу. Когда мы находим разум, еще не достигший нашего уровня, то мы наблюдаем за ним, в течении всей его истории, и пытаемся выпестовать из него такой же как мы. Но при этом не вмешиваемся в общий ход событий. В качестве помощи мы оставляем послания, например круги на полях. В них зашифрованные основные знания об основах Вселенной, организации времени и пространства…
- Ага, всякие космические корабли и прочее и прочее. А вы, значит, пестуны. Это получается я на вашем космическом корабле?
- Не совсем… Тот шар что ты видел, просто один из квазиживых энергетических организмов, если упростить, то просто робот. По большому счету ты сейчас в Нигде. Вне твоего времени и пространства.
- Это все, конечно, замечательно, но мне домой надо. Родители ждут. Только вы мне одно объясните. Вы что, свои послания не можете где-нибудь в другом месте оставлять? На лесных полянках например? Или еще где?
- Во-первых, мы должны оставлять послания так, чтобы их было легко обнаружить. Во-вторых здесь просто самая подходящая энергетическая обстановка. Не забывай, мы все-таки не имеем физического воплощения. Подумай! Ведь мы творим великое дело! Мы даем вам знания, благодаря которым вы все сможете шагнуть далеко вперед в развитии!
Василь задумался поначалу, потом хитро посмотрел сквозь туман и сказал:
- А зачем это нам? Вы у нас-то поинтересовалось? Вдруг мы совсем не хотим, так как вы!
- То есть как это? – растерялся голос. – Этого просто не может быть! Всякий Разум стремится подняться на ступень выше. В этом вся суть разума!
- Зачем? Что это дает?
- Возможность узнавать больше об этом мире. Возможность побывать в других мирах, временах и пространствах. Возможность ощутить красоту и разнообразие Вселенной… Перечислять можно бесконечно…
- А вы не думали о том, что нам самим интересно будет узнавать о нашем мире? Наверное нет. Хорошо, задам последний вопрос. Это дает счастье?
- Счастье? А что это такое? Ты знаешь? – голос позволил себе добавить немного иронии.
- Я знаю. – честно ответил Василь. – Знаю какое оно для меня. Я счастлив каждый день своей жизни. Счастлив, когда встаю с утра и пью парное молоко, а ко мне кошка Муська ластится, чтобы и ей досталось. Счастлив, когда спина гудит к концу работы. Когда на свиданку к подруге иду. У каждого оно свое это счастье. Для меня вот такое... незатейливое. И я совершенно не хочу подниматься на следующую ступеньку, тем более с чьей-то помощью. А вот ты знаешь, что такое счастье?
- Я? Когда я нахожу новую звезду, или черную дыру, и купаюсь в потоках гравитации, мне… радостно…
- Ты счастлив?
Голос молчал долго, его товарищ вообще не рисковал вмешиваться в разговор.
- Нет. – в конце концов сообщил собеседник. – Мне не хватает чего-то.
- Вот, вот! - Наставительно сообщил Василь высшему Разуму и продемонстрировал указательный палец. – Ты бы лучше об этом подумал, а все туда же, учить лезешь. Вобщем так. Не суйтесь вы, а? Мы уж сами как-нибудь, а то как-то противно получается, словно с умственно неполноценными возитесь.
- Мы подумаем об этом предложении. – обнадежил голос. – Ты больше ничего не желаешь узнать? Мы можем сказать тебе, есть ли Бог, или граница Вселенной, можем сказать, когда ты умрешь, или рассказать тебе твою судьбу. Мы можем многое.
- Нет, - решительно отказался молодой человек. – Бог для того и есть, чтобы в него верить или не верить. Границу Вселенной мы найдем сами. Когда-нибудь. Если она, конечно есть. Ну а по поводу своей судьбы… Лучше я не буду знать о ней, тогда и буду счастлив каждому новому дню… В отличии от вас.
Василь подумал еще немного и добавил:
- Мы пойдем кружным путем. – а затем улыбнулся.
На этот раз молчание было недолгим. Видимо решение уже было принято.
- Чтож, это твое право, твое желание. Мы предложили тебе все свои умения и знания, ты отказался. Тогда мы просто отправим тебя назад.
Парень немного смутился и замялся.
- Есть все-таки маленькая просьба, можно?
- Конечно, говори.
- Когда появился этот… как его… ваш квази робот, я на речку ехал. Можно меня с Машкой и Трезором возле нее высадить? А то мы тогда искупаться не успеем.
- Сделаем. – теперь уже точно ощущалась улыбка говорившего. – Чего только не сделаешь для молодого Разума. Мы будем много думать об этом разговоре. Нам было заниматься разговаривать с тобой. Прощай.
Когда белесый туман стал таять, и в ушах опять появилось тягучее ощущение, Василь ответил:
- Прощайте… Желаю вам счастья…
Непонятно, толи это в ушах зашумело, толи просто показалось, но Василь услышал слабое, словно из неимоверного далека «Спасибо, человек», сказанное в два голоса.

drblack