Чужая. Анри Барбюс.

Sun · Oct 30, 2003, 11:24

Чужая. Анри Барбюс.

-Все женщины одинаковые,- сказал Симеон.
-Ну и что же? - ответил Бенедикт.- Ведь мы все равно не можем их понять. Да, не можем. Ни одной никогда не поймешь. К нам и к ним не подойдешь с общей меркой. У них свой особый ум, своя особая логика. Так что же спорить? Нечего, дружище, качать головой. Так оно и есть. Если хочешь, я сейчас докажу тебе. Послушай глупейшую, нелепейшую историю моей любви к прелестной итальянке, которая встретилась мне однажды под вечер на берегу озера Орта.
Она предстала передо мной блистательным видением. Право же, она вся блестела в лучах закатного солнца: блестели, как бронзовые, ее волосы, золотом отливало ее загорелое личико, блестело ее темно-оранжевое платье. Она стояла в нескольких шагах от стрельчатой двери своего дома.
Я, молодой романтик, с белокурой шелковистой бородкой, проходил по берегу, закутавшись в широкий плащ, и вдруг остановился, пораженный этой красотой. И вот, хотя путешествие мое только еще начиналось и времени на него отпущено было немного, я решил, что не куда не двинусь отсуда,- так меня пленило это восникшее на пути моем дивное создание.
Должен признаться, я без всяких цереноний принялся ухаживать за незнакомкой, которая жила в доме со стрельчатой дверью под опекой своей старой тетки - угрюмой старухи в трауре, видом похожей на сороку.
Я ничего не помню: ни картин природы, ни гор, ни озера, ни людей, суетившихся вокруг,- да это и понятно: для меня в мире существовало одно-единственное существо. То была она. Я видел ее повсюду, всегда, даже если передо мной никого не было, даже если вокруг были мрак и пустота...
Весь во власти своей бурной любви, я всячески пытался привлечь к себе внимание этой женщины, заинтересовать ее собою.
Но увы! Как вам известно, страстная любовь не передается словно заразная болезнь. Очень скоро мне стало ясно, что я совсем ей не нравлюсь. Встретив меня на окрестных тропинках, она явно старалась ускользнуть. Если отступление было невозможным, она с трудом скрывала досаду, раздражение; равнодушным взором встречала мои пламенные взгляды; односложно и холодно отвечала на мои страстные речи; иной раз она опускала глаза и отворачивалась, и на лице ее было откровенное выражение скуки.
К счастью, влюбленных не так-то легко отпугнуть, они не чувствуют, что становятся смешными! Иначе я из самолюбия давно бы бежал из этих заколдованных мест, где упорно и безуспешно являлся перед ней как некий призрак всепоглощающей любви, не замечая, что юная красавица бежит от меня как от разбойника, а когда не может скрыться, встречает меня унылым вздохом, более обидным, чем оскорбительные слова, и, еле скрывая свое неперпение, молчит с гневным и недоверчивым видом.
Ах, сколько раз с упорством дикаря я часами выслеживал ее, и вдруг мы сталкивались на повороте тропинки!.. Тогда она останавливалась как вкопанная, лицо ее искажалось, она вздрагивала - она, несомненно, боялась меня... Почти всегда это бывало под вечер. Кругом были темно-белые скалы, над нами простиралось пепельно-серое небо. Позади нее черной стеной теснились кипарисы, которые в садах Италии подобны изваяниям тьмы. Легкий ветер разносил вокруг благоухание, опьяняющее, словно аромат розового куста.
Я брал ее руки в свои. Она не отнимала их, но они так тяжело, так безжизненно лежали в моих ладонях, и всякий раз - о горькая мука!- она отворачивала, отворачивала свое лицо, такое бледное в синем сумраке, и на фоне черных ветвей кипариса я видел ее светлый, прелестный профиль, неподвижный, как античная камея.
Но лишь только я выпускал ее руки, она убегала.
Ах, эти долгие часы ожидания, эти бессоные ночи, этот вихрь надежд и отчаяния, эти пронизывающие холодом тусклые зори!..
А этот последний вечер, самый страшный из всех, этот мучительный вечер, когда я нежданно возник перед ней, и она замерла, как настигнутая добыча; вечер, когда она стояла, озаренная лунным светом, словно прекрасная мраморная статуя, окутанная легким облаком, и повторяла машинально, слово в слово те страстные речи, которые я, в безумии экстаза, заклинал ее обратить ко мне,- бедный сумасброд, я довольствовался эхом собсвенных признаний!
Ужастная и сладостная пытка длилась два месяца. Два месяца мечтаний, безумства и слез, не вознагражденных ни единым сочувственным взглядом, ни единым словом сострадания!
Как я нашел наконец в себе силы оторваться от этой лучезарной и бездушной красоты? Не знаю. Но в одно прекрасное утро я уехал, расстался с озером, с горами, с этим проклятым краем, где передо мной предстала жестокая незнакомка. Я уехал украдкой как вор - да ведь я и был вором, обокравшим самого себя.
В Париже я вновь встретился с близкими, но и там воспоминание о прекрасном и холодном лице преследовало меня, жгучее как открытая рана. Мне вспоминались малейшие подробности встреч на берегу горного озера, которых я насильно добивался от незнакомки, едва переносившей мои домогательства: едва увидев меня, она вздрагивала от неперпеливой досады; она вся трепетала от испуга, когда я приближался; она боязливо молчала; и с какой жестокой горделивостью отворачивалась от меня, ничем не отвечая на мой безумный вопрошающий взгляд, на отчаянную мольбу всего моего существа...

И вот случай, который...случай, которому я...-словом, по воле случая,- через полгода после моего плачевного бегства я вновь ощутился в Орта. Я мог пробыть там всего один день.
Мы приехали утром к берегам этого озера, которое представляет собой миниатюрную копию Лаго-Маджоре и блещет теми же красками. Я нарочно отстал от своих спутников - мне хотелось пройти по каменистой тропинке мимо знакомого дома со стрельчатой дверью. Только пройти - ведь, сами понимаете, мне нисколько не улыбалась мысль снова приняться за прежнее бессмысленное и безнадежное ухаживание.
Я шел вдоль берега, крепко стиснув зубы, но приняв чрезвычайно рассеянный вид. Признаться, сердце у меня бешено колотилось при мысли, что я хоть мельком увижу ее...
Что такое? Дом закрыт. Это неожиданное обстоятельство чрезвычайно меня расстроило, и, вопреки своему решению, я повернул обратно, решив опять пройти мимо родного дома,- в последний раз...
В эту минуту стрельчатая дверь приоткрылась, и из темной щели, прихрамывая вышла старуха, вся в черном, похожая на ворону. Это была тетка красавицы. Она пристальо посмотрела на меня и, сморщив свое темное лицо, сказала:
-Она умерла.
Разумеется, я не сразу понял. Потом весь похолодел и, сам не зная, что говорю, прошептал:
-Как! Умерла?..Отчего?
-От горя умерла, потому что вы уехали,-сказала старуха и скрылась в доме.
Да, друзья мои, именно так и было: она умерла, и умерла от любви ко мне! Я был ошеломлен, я обезумел, меня терзало отчаяние. И как странно, как трагично- только тут я понял, что это правда. Мгновенно мне все стало ясно: истинный смысл ее трепетного молчания, гордо скрываемого волнения, непреодолимого страха... Ведь каждый раз она выдавала свою любовь! А я-то! По какой-то дьявольской слепоте, по своей постыдной недогадливости я, можно сказать, отталкивал ее, ранил в самое сердце!

Но я совершенно уверен, что ни моя история, ни печальный пример этой женщины, которую убила любовь, ничему не научат людей. И наши современники, и их потомки такжене будут понимать друг друга в любви, так же не будут знать, что они говорят и что делают.

Vega$ · Oct 30, 2003, 14:12

Quote:

Originally posted by Sun
............
Но я совершенно уверен, что ни моя история, ни печальный пример этой женщины, которую убила любовь, ничему не научат людей. И наши современники, и их потомки такжене будут понимать друг друга в любви, так же не будут знать, что они говорят и что делают.

Грустно, но факт... легко принять одно чувство за другое, и отпустить... а отпущенное не всегда возвращается...

greka · Oct 30, 2003, 16:03

символическое окончание, которое, согласен с автором, все равно ничему не способно научить нас...

W_z_rd · Oct 30, 2003, 16:55

Grustno, e-moe !

Forever Child · Oct 30, 2003, 18:51

На самом деле ничтожный рассказ. Трудно поверить, что этот же человек написал "Нежность"...

Фиби · Oct 30, 2003, 19:23

Печально.
Но, согласна с Forever Child, "Нежность" лучше.

Oct 30, 2003, 11:24	#1
Sun Дошкольник Join Date: Aug 2002 Location: Yerevan Posts: 146 Rep Power: 7 Reputation: 10	Чужая. Анри Барбюс. Чужая. Анри Барбюс. -Все женщины одинаковые,- сказал Симеон. -Ну и что же? - ответил Бенедикт.- Ведь мы все равно не можем их понять. Да, не можем. Ни одной никогда не поймешь. К нам и к ним не подойдешь с общей меркой. У них свой особый ум, своя особая логика. Так что же спорить? Нечего, дружище, качать головой. Так оно и есть. Если хочешь, я сейчас докажу тебе. Послушай глупейшую, нелепейшую историю моей любви к прелестной итальянке, которая встретилась мне однажды под вечер на берегу озера Орта. Она предстала передо мной блистательным видением. Право же, она вся блестела в лучах закатного солнца: блестели, как бронзовые, ее волосы, золотом отливало ее загорелое личико, блестело ее темно-оранжевое платье. Она стояла в нескольких шагах от стрельчатой двери своего дома. Я, молодой романтик, с белокурой шелковистой бородкой, проходил по берегу, закутавшись в широкий плащ, и вдруг остановился, пораженный этой красотой. И вот, хотя путешествие мое только еще начиналось и времени на него отпущено было немного, я решил, что не куда не двинусь отсуда,- так меня пленило это восникшее на пути моем дивное создание. Должен признаться, я без всяких цереноний принялся ухаживать за незнакомкой, которая жила в доме со стрельчатой дверью под опекой своей старой тетки - угрюмой старухи в трауре, видом похожей на сороку. Я ничего не помню: ни картин природы, ни гор, ни озера, ни людей, суетившихся вокруг,- да это и понятно: для меня в мире существовало одно-единственное существо. То была она. Я видел ее повсюду, всегда, даже если передо мной никого не было, даже если вокруг были мрак и пустота... Весь во власти своей бурной любви, я всячески пытался привлечь к себе внимание этой женщины, заинтересовать ее собою. Но увы! Как вам известно, страстная любовь не передается словно заразная болезнь. Очень скоро мне стало ясно, что я совсем ей не нравлюсь. Встретив меня на окрестных тропинках, она явно старалась ускользнуть. Если отступление было невозможным, она с трудом скрывала досаду, раздражение; равнодушным взором встречала мои пламенные взгляды; односложно и холодно отвечала на мои страстные речи; иной раз она опускала глаза и отворачивалась, и на лице ее было откровенное выражение скуки. К счастью, влюбленных не так-то легко отпугнуть, они не чувствуют, что становятся смешными! Иначе я из самолюбия давно бы бежал из этих заколдованных мест, где упорно и безуспешно являлся перед ней как некий призрак всепоглощающей любви, не замечая, что юная красавица бежит от меня как от разбойника, а когда не может скрыться, встречает меня унылым вздохом, более обидным, чем оскорбительные слова, и, еле скрывая свое неперпение, молчит с гневным и недоверчивым видом. Ах, сколько раз с упорством дикаря я часами выслеживал ее, и вдруг мы сталкивались на повороте тропинки!.. Тогда она останавливалась как вкопанная, лицо ее искажалось, она вздрагивала - она, несомненно, боялась меня... Почти всегда это бывало под вечер. Кругом были темно-белые скалы, над нами простиралось пепельно-серое небо. Позади нее черной стеной теснились кипарисы, которые в садах Италии подобны изваяниям тьмы. Легкий ветер разносил вокруг благоухание, опьяняющее, словно аромат розового куста. Я брал ее руки в свои. Она не отнимала их, но они так тяжело, так безжизненно лежали в моих ладонях, и всякий раз - о горькая мука!- она отворачивала, отворачивала свое лицо, такое бледное в синем сумраке, и на фоне черных ветвей кипариса я видел ее светлый, прелестный профиль, неподвижный, как античная камея. Но лишь только я выпускал ее руки, она убегала. Ах, эти долгие часы ожидания, эти бессоные ночи, этот вихрь надежд и отчаяния, эти пронизывающие холодом тусклые зори!.. А этот последний вечер, самый страшный из всех, этот мучительный вечер, когда я нежданно возник перед ней, и она замерла, как настигнутая добыча; вечер, когда она стояла, озаренная лунным светом, словно прекрасная мраморная статуя, окутанная легким облаком, и повторяла машинально, слово в слово те страстные речи, которые я, в безумии экстаза, заклинал ее обратить ко мне,- бедный сумасброд, я довольствовался эхом собсвенных признаний! Ужастная и сладостная пытка длилась два месяца. Два месяца мечтаний, безумства и слез, не вознагражденных ни единым сочувственным взглядом, ни единым словом сострадания! Как я нашел наконец в себе силы оторваться от этой лучезарной и бездушной красоты? Не знаю. Но в одно прекрасное утро я уехал, расстался с озером, с горами, с этим проклятым краем, где передо мной предстала жестокая незнакомка. Я уехал украдкой как вор - да ведь я и был вором, обокравшим самого себя. В Париже я вновь встретился с близкими, но и там воспоминание о прекрасном и холодном лице преследовало меня, жгучее как открытая рана. Мне вспоминались малейшие подробности встреч на берегу горного озера, которых я насильно добивался от незнакомки, едва переносившей мои домогательства: едва увидев меня, она вздрагивала от неперпеливой досады; она вся трепетала от испуга, когда я приближался; она боязливо молчала; и с какой жестокой горделивостью отворачивалась от меня, ничем не отвечая на мой безумный вопрошающий взгляд, на отчаянную мольбу всего моего существа... И вот случай, который...случай, которому я...-словом, по воле случая,- через полгода после моего плачевного бегства я вновь ощутился в Орта. Я мог пробыть там всего один день. Мы приехали утром к берегам этого озера, которое представляет собой миниатюрную копию Лаго-Маджоре и блещет теми же красками. Я нарочно отстал от своих спутников - мне хотелось пройти по каменистой тропинке мимо знакомого дома со стрельчатой дверью. Только пройти - ведь, сами понимаете, мне нисколько не улыбалась мысль снова приняться за прежнее бессмысленное и безнадежное ухаживание. Я шел вдоль берега, крепко стиснув зубы, но приняв чрезвычайно рассеянный вид. Признаться, сердце у меня бешено колотилось при мысли, что я хоть мельком увижу ее... Что такое? Дом закрыт. Это неожиданное обстоятельство чрезвычайно меня расстроило, и, вопреки своему решению, я повернул обратно, решив опять пройти мимо родного дома,- в последний раз... В эту минуту стрельчатая дверь приоткрылась, и из темной щели, прихрамывая вышла старуха, вся в черном, похожая на ворону. Это была тетка красавицы. Она пристальо посмотрела на меня и, сморщив свое темное лицо, сказала: -Она умерла. Разумеется, я не сразу понял. Потом весь похолодел и, сам не зная, что говорю, прошептал: -Как! Умерла?..Отчего? -От горя умерла, потому что вы уехали,-сказала старуха и скрылась в доме. Да, друзья мои, именно так и было: она умерла, и умерла от любви ко мне! Я был ошеломлен, я обезумел, меня терзало отчаяние. И как странно, как трагично- только тут я понял, что это правда. Мгновенно мне все стало ясно: истинный смысл ее трепетного молчания, гордо скрываемого волнения, непреодолимого страха... Ведь каждый раз она выдавала свою любовь! А я-то! По какой-то дьявольской слепоте, по своей постыдной недогадливости я, можно сказать, отталкивал ее, ранил в самое сердце! Но я совершенно уверен, что ни моя история, ни печальный пример этой женщины, которую убила любовь, ничему не научат людей. И наши современники, и их потомки такжене будут понимать друг друга в любви, так же не будут знать, что они говорят и что делают.

Oct 30, 2003, 16:03	#3
greka Administrator Join Date: Sep 2001 Location: @work Posts: 5,347 Rep Power: 10 Reputation: 23	смейтесь, господа - это же смешно! символическое окончание, которое, согласен с автором, все равно ничему не способно научить нас... __________________ И повешенные могут качаться в неположенную сторону. /С.Е.Лец/

Oct 30, 2003, 16:55	#4
W_z_rd Академик Join Date: Aug 2002 Location: Yerevan, Armenia Posts: 4,640 Rep Power: 7 Reputation: 133	Grustno, e-moe ! __________________ Хочу быть мудоратером!

Oct 30, 2003, 18:51	#5
Forever Child Banned Join Date: Oct 2001 Location: ...осень колибри Posts: 7,493 Rep Power: 0 Reputation: 10	... На самом деле ничтожный рассказ. Трудно поверить, что этот же человек написал "Нежность"...

Oct 30, 2003, 19:23	#6
Фиби зая Join Date: Mar 2003 Location: ... Posts: 7,738 Rep Power: 7 Reputation: 16	Печально. Но, согласна с Forever Child, "Нежность" лучше. __________________ Для того, чтоб иметь ангельский характер, надо иметь дьявольское терпение.

Thread Tools
Show Printable Version Email this Page
Display Modes
Linear Mode Switch to Hybrid Mode Switch to Threaded Mode