Соотечественников-благотворителей банально кинули

[Comandante]

Не секрет, что в диаспоре все еще с сомнением относятся к вложению денег в экономику исторической родины, все меньше благотворителей стремятся помочь своим соотечественникам. Спюрк, наслышавшись и навидавшись неблаговидных поступков наших чиновников, а порой и просто обывателей, уже не говорит о гостеприимстве армянской земли, а все чаще отмечает коррупцию и взяточничество, ложь и обман. Новых благотворителей давно нет, а старые, разочаровавшись в армянской действительности, постепенно сворачивают свои проекты и оставляют нас наедине со своими проблемами. И только единицы продолжают свято верить, что родине надо помогать, что Армения — это не только чинуши и казнокрады, но и простые люди, которые глубоко благодарны не столько за материальную помощь, сколько за сам факт того, что их помнят...

ДЕЛО

Семья Наджарянов впервые приехала в Армению в 1988-м, когда разрушительное землетрясение заставило обратить взоры всего мира к маленькой республике. Как описывает сама Керолайн Наджарян в книге воспоминаний “Зов из родного дома”, накануне землетрясения она, преуспевающий терапевт, увидела сон. “Бабушка пришла и сказала, что мне надо оставить все свои дела, что жизнь у меня круто изменится, что я встречу людей, которым буду очень нужна”, — рассказывает она. И когда произошло землетрясение, она поняла, что должна быть здесь, с нами. Она приехала. Помогала Армении и Арцаху чем могла. Возила на грузовиках гуманитарную помощь страдающему от налетов бомбардировщиков Арцаху. Центр первичной охраны здоровья, открытый усилиями Наджарянов в 1994 году в Гюмри, в 2004 был полностью реконструирован, модернизирован и оснащен новейшей техникой. Как лечение, так и лекарства для всех категорий граждан до сих пор предоставляются бесплатно.

СУД

А в 1989-м году Наджаряны познакомились с Григором Игитяном. Этот молодой человек прекрасно владел английским и, казалось, во всем был готов помогать соотечественникам. Игитян сопровождал их в поездках, присутствовал на деловых встречах, переводил документы. Постепенно отношения между ними стали доверительными, чуть ли не родственными. Джордж и Керолайн Наджарян доверяли ему во всем. И помогали. У Игитяна были проблемы со здоровьем — отправили в лучшую клинику Бостона, где его оперировали (сейчас благодаря этой операции у Игитяна двое дочерей). Проблемы с финансами — Наджаряны с радостью участвуют в финансировании фотоателье под управлением того же Игитяна. А однажды по совету “друга семьи” Наджаряны профинансировали покупку участков земли в центре Еревана и стали отсылать Игитяну деньги для строительства. И во всем были бы радость да взаимопонимание, если бы в 2002 году Наджаряны, решившие оформить недвижимость на свое имя, не столкнулись с проблемой, которую уж вовсе не ожидали встретить. Игитян заявил, что хотя Наджарян и посылал ему деньги, но основное строительство было сделано на его средства, которые он получил то ли в виде завещания, то ли в виде прибыли, то ли в виде найденного клада. (Точная формулировка в материалах следствия все время менялась, так как все время менялись показания Игитяна). И потому вся недвижимость оформлена на него, на Игитяна. Наджаряны некоторые время пребывали в шоке и никак не могли поверить в случившееся. Но настоящий кошмар для них начался, когда они обратились с просьбой возбудить по факту мошенничества уголовное дело в прокуратуру. Чинуши и бюрократы в свойственной им манере проводили расследования и выносили резолюции, суды принимали и отклоняли жалобы, и все это тянулось и тянулось... Последним решением суда дело все-таки было признано уголовным и направлено на дорасследование, но чинуши, конечно, не сдались, нет. Последовала апелляция прокуратуры, и теперь дело слушается в Апелляционным суде. Прокуратура никак не может решиться рассмотреть саму возможность вины Игитяна, никак не может усмотреть в действиях его преступных намерений.

А пока суд да дело, Наджаряны и спюрк продолжают верить в наше правосудие, наезжая время от времени на историческую родину. Правда, в последнее время реже.